Не может вообще быть события, где отсутствует логика. Даже игра в лотерею поддаётся логическому исчислению, о чём говорит хотя бы теория случайных чисел американца Неймана. Георгий пытается найти логику в происходящем. Но не видит таковой. Впечатление складывается, будто их просто возили на тренировку. Проверяли способность к выживанию. Но способность выживать в экстремальных обстоятельствах – это не их профессия. Для этого существуют боевики и спецназовцы. Кто кого... Они пусть и проверяют такую способность друг у друга.
При чём здесь компьютерщики-программисты? И вообще – а может быть, это и есть главное? – какое отношение имеют компьютерщики к боевикам? Кто такие чеченские боевики? Может быть, и есть среди них борцы за свободу, но название у них одно – террористы! Как он сразу не догадался! Их хотят использовать для проведения террористического акта. Так? Так! Использовать, а потом убить... Потом они будет отработанным материалом... Что сам Георгий делает с отработанным материалом? Он удаляет его их компьютера, чтобы не мешал и не занимал память.
Точно так же должны поступать с отработанным материалом и террористы.
Проханов даже удивляется, как он не додумался до этого раньше. Их обязательно убьют, как только исчезнет в них надобность.
* * *Берег показывается издалека. И тоже не рисунком береговой линии и пенистого прибоя, а горами на горизонте – синими, хмурыми... Снова горы... Наверное, одного посещения хватило бы на всю жизнь... Но их опять везут неизвестно куда и снова в горы.
.. Короткое время спустя появляется уже и пена прибоя. Участок берега не слишком оживлённый. По крайней мере издали трудно рассмотреть на берегу большие поселения, хотя небольшие рыбацкие деревеньки наверняка есть.
Пилот ведёт с кем-то переговоры. Должно быть, на турецком языке, если предположить, что они прилетели всё-таки в Турцию.
Георгий, проснувшись, так и не засыпает больше, хотя только несколько часов назад думал, что вообще никогда не сумеет больше проснуться.
Словно чувствуют приближение берега Миша с Лёней. Шевелятся, просыпаются, вертят головами, шеи тянут, чтобы увидеть береговую линию.
Оборачивается Талгат. Смотрит чуть насмешливо. Но глаза у него тоже сонные. Значит, и железный человек не чужд ничему человеческому. Он тоже какое-то время спал.
– Некоторое время, молодые люди, вы будете моими гостями... Осмотр местных достопримечательностей я вам не гарантирую, но необходимые удобства предоставить смогу...
