Должно быть, все здесь знают, что привели пленников. Но не таких, которых сажают в зиндан[35]. Только три человека останавливаются против них с откровенно враждебными лицами. Переговариваются. Каховский разобрал только одно слово из их разговора: «Jews»[36]. В словах чувствуется угрюмая угроза. Самый молодой из троицы, с седой прядью в короткой бородке, подходит на два шага ближе. И глаза его, и лицо, и движения нервных рук не обещают ничего хорошего. Медленно снимается с плеча автомат со сложенным прикладом...
Но в это время из землянки выходит вместе с проводником Азиз.
Говорит что-то резкое. Троица переглядывается. Уходит. Командир отряда сам подходит к пленникам. Говорит на ломаном русском языке:
– Старайтесь поменьше попадаться на глаза палестинцам... Жить эти дни будете в моей землянке...
И он показывает на вход.
Проханов соображает первым и сразу направляется туда, чтобы не напрягать обстановку дальше. Борман с Каховским не заставляют себя ждать. Понимают, что в землянке им безопаснее. И основное время придётся проводить именно там.
* * *"
"Они так и сидят там весь остаток дня. В землянке, кроме Азиза, живут ещё трое, все не говорящие по-русски. Беседы с ними не получается. И даже английские слова они воспринимают с трудом. На следующий день выходят погреться на солнышке. Вскоре рядом появляются палестинцы. Останавливаются. Что-то обсуждают между собой, бросая откровенные злобные взгляды на пленников. Однако следом за ними к компьютерщикам подходит человек средних лет с рыжей бородой и рыжими глазами.
Говорит по-русски чисто, только с лёгким акцентом:
– Идите в землянку... Не дразните их... – кивает в сторону палестинцев. – Это парни из «Хамаза»... Их дома в Газе израильтяне разбомбили... Вместе с семьями... Они злые...
Георгий видит, что боевик без автомата и даже не в камуфляже.
– А вы кто? – спрашивает.
– Я – местный... Недалеко отсюда живу... Три дня пути... Я – имам... Но не предлагаю вам принять свою веру... Вам сейчас не до того, хотя, если время выпадет, мы поговорим о жизни.
..
День проходит скоротечно. А ночью компьютерщиков поднимают в темноте выстрелы. Просыпаются они одновременно с Азизом. И тут же в землянку врывается человек. Говорят не по-русски.
Лагерь собирается быстро. Азиз разделяет людей. Расходятся. Вокруг посвистывают пули. Но эти пули почему-то не кажутся опасными.
– Выходим... – коротко сообщает командир гостям. – Запомните... Мне дали приказ... Если вы попытаетесь бежать, к федералам вас не пускать...
