На каменном полу было много высохших лап, таких же жёстких и колючих – понятно, что пещера не их первых принимает, но сном этот отдых назвать тоже трудно. Вроде бы все упали, готовые заснуть и не просыпаться долго, однако уже через некоторое время начинает болеть уставшее тело. Теперь уже не от ходьбы, а от лежания. Жёстко, неудобно, холодно. Так и проворочались до того времени, когда проводник вышел для разведки наружу, осмотрелся и позвал:
– Теперь вниз... Ещё часа три, и мы на месте...
– Куда мы идём? – поинтересовался Миша.
– В ад... – мрачно предрёк Борман.
– Из ада в ад не ходят... – сделал свой вывод Проханов.
– Нет... – опять обнажил гнилые зубы проводник. – Это не ад... Здесь от ада отдыхают и время от времени туда гуляют... Хорошо гуляют, с памятью для всех... Вас уже дожидается Азиз. А мы будем прощаться. Азиз отправит вас дальше, куда следует...
– Кто такой Азиз? – спрашивает Георгий.
– Хороший командир... Иорданец... Вон, к нему пара земляков добирается... – кивает проводник за спину компьютерщиков.
2
Принадлежащая Басаргину «Тойота RAV-4» Пулату весьма нравится. Джип и маневренный, и на колесе ходкий. Без проблем приспосабливаясь к любой технике, Виталий уже через два перекрёстка чувствует своё единение с машиной, будто держит руку на её пульсе. В Москве он ориентируется хорошо и потому едет без сомнений по названному адресу, внимательно посматривая – всё-таки без доверенности, и непредвиденная встреча с автоинспекторами может его задержать... На половине дороги слышит в кармане телефонную трель и отвечает на звонок, в глубине души надеясь, что это не отбой тревоги.
– Меня очень интересует, кто угнал машину Басаргина... – раздаётся в трубке голос Ангела.
– Ты откуда, куда и вообще где? – спрашивает Пулат.
– За тобой еду. Машину увидел, только начал разворачиваться, Басаргин звонит, сообщает новости... Там, в казино, уже восемь человек на двух машинах. Караулят... Просил тебя подстраховать. Не помогать... Он не сомневается, что ты один справишься, а просто..
. На всякий пожарный. Чтобы посторонние не пострадали.
– Годится... – соглашается Пулат. – Будь моя воля, я бы вообще им сдался, поскольку ты сидишь у меня «на хвосте»...
В ответ раздаётся понимающий смешок. Оба они привыкли работать так, как принято в спецназе ГРУ, – даже сбор данных лучше всего осуществляется при максимальном обострении ситуации. Путь «по лезвию бритвы» при всей своей опасности часто оказывается наиболее прямым и даёт максимально значимый результат.
