Владимир Васильевич появляется через обещанные пятнадцать минут, кивает дежурному, здоровается с Андреем за руку и делает приглашающий жест. В коридоре управления борьбы с терроризмом вывешен на стене стенд с фотографиями ветеранов. И Тобако среди них. Если бы он остался служить в «Альфе», то, возможно, тоже носил бы генеральские погоны. Но он не остался и не своей волей ушёл. Сейчас жалеть об этом поздно. Но эта фотография служит Андрею службу до сих пор. По крайней мере на его просьбы руководство управления реагирует совсем иначе, чем на просьбы того же Басаргина, бывшего сотрудника другого управления ФСБ.
В знакомом кабинете прохладно. Распахнуты все форточки. Владимир Васильевич любит свежий воздух, особенно зимний – сказывается прошлое мастера спорта по лыжным гонкам. От этих же лыжных гонок у генерала осталось до сих пор румяное, слегка обветренное лицо.
– Задали вы нам задачку, господа международники... – начал Астахов, только пропустив вперёд Тобако и закрыв за собой дверь. Присаживайтесь, будем размышлять и делиться информацией.
Он сам сел не за рабочий стол, а за стол для заседаний, приглашая тем самым Андрея устроиться напротив. И тут же раскрыл красную папку, с которой пришёл. Из чего Андрей сделал вывод, что генерал уходил на доклад к начальству по этому самому вопросу.
– Мы ещё не успели, товарищ генерал, полностью войти в курс дела... Мы с Гагариным прилетели только сегодня утром и с разбегу включились в освобождение Басаргина...
– Да, мне передали вашу записку.
.. Я по возможности постарался помочь...
– Басаргин просил передать вам свою благодарность. В продолжение темы... Сейчас у вас находится арестованный майор Шерстобитов... Нас интересуют данные по всей этой ментовской банде.
– Вот протокол допроса... Можете не читать... Практически ничего... Применение психотропных средств нам не разрешили. Считают запрос необоснованным, дескать, дело того не стоит, а мы пока не можем открыть прокуратуре истинные корни своей заинтересованности. А данные нужны как можно быстрее, иначе мы можем упустить зачинщиков всего дела.
Тобако сомневается всего несколько секунд. И предлагает решение:
– По этому вопросу у меня есть конкретное предложение. Есть у нас такой волонтёр... Человек с уголовным прошлым... Бывший старший лейтенант спецназа ГРУ, четыре ордена за боевые действия в Афгане. Орденов он, конечно, лишён, как и звания... Его тогда подставила ХАД[31], сводя личные счёты с кем-то силами нашего спецназа.
