В Германии они теперь живут, и Вика с ними.
– Вы мне можете дать телефон?
– Чей? – вытаращилась Таня.
– Костенко.
– Не знаю его.
– Тогда Маши Теткиной.
– А зачем?
– Это тайна?
Таня пожала плечами:
– Не секрет вовсе, пишите!
Я вытащила из сумочки ручку и блокнот:
– Странно как-то!
– Что именно? – поинтересовалась Таня.
– Что Жора уехал!
– Вовсе не странно, – пожала плечами Таня, – он давно мечтал отсюда убраться. А тут случай представился!
– Знаете, где он живет, город, улицу?
– Нет, – воскликнула Таня, – мы не переписываемся!"
"Я попыталась переварить информацию:
– Давно он уехал?
Таня призадумалась:
– Ну… Сначала Вася сгорел, у Курочкорябских пожар на городской квартире случился.
Затем у Светки выкидыш произошел, ну а потом Жорка женился, и адью.
– Послушайте, откуда вы все знаете? – не выдержала я. – Про Нину, свадьбу, Светлану…
Внезапно Таня покраснела:
– Мы же дружили со Светой!
– И она вам все откровенно рассказала?
Таня замялась:
– Ну, в общем, не совсем мне… но я знаю все!
– От кого?
– От Вики! Она… ну да это неважно!
– А почему Теткиной на поминках не было? Ей не позвонили, не предупредили о несчастье?
Таня снова схватилась за клеенку:
– Машке же звонить бесполезно, все равно не придет.
– Почему?
– Она практически никуда не выходит, дома работает.
– Понятно, – протянула я.
Внезапно Таня встала, подошла к мойке, открыла кран и стала пить взахлеб.
– Вы бы фильтр купили, – посоветовала я, – самый обычный, пластмассовый, стоит недорого, а хорошо работает.
Не следует прямо из трубы воду в себя заливать.
– Ничего, – пробормотала Таня и ушла.
Я осталась на кухне одна, время тянулось томительно долго. Прошло около четверти часа, прежде чем вернулась Таня. Ее волосы были мокрыми, похоже, она либо принимала душ, либо просто сунула голову под струю.
– Вы уж извините, – совершенно трезвым голосом сказала она, – стоит мне чуть-чуть выпить – и все, несет по кочкам. Потом только диву даюсь, какие глупости болтала. Мне, честно говоря, верить в такой момент нельзя, набрешу и забуду.
Знаете, сколько раз я в идиотские ситуации попадала. Но это еще не самая главная беда, хуже другое! Я, когда нажрусь, нормальной всем кажусь, не мямлю, не заикаюсь, просто лабуду несу. Вот многие мне и верят, а не надо! Я всех друзей из-за этого потеряла! Вы бы забыли наш разговор! Ни слова правды-то в нем нет!
Я улыбнулась:
– Конечно. Кто же поверит пьяной девушке?
ГЛАВА 17
На улице неожиданно оказалось светло.
