Нижняя сорочка хоть и не была прозрачной, но ткань оказалась достаточно тонкой для того, чтобы соблазнительно обрисовать соски. Изо всех сил стараясь не покраснеть, я посмотрела ему в глаза. Грауди шагнул вперед и встал рядом."
"Когда он протянул руку и коснулся груди, я перестала дышать. Длинные пальцы сдвинули лиф в сторону. Костяшками советник провел по соску, а потом зажал тугую вершинку между двумя пальцами и легонько потянул. Я тихо ахнула, а Грауди спустился ниже, к талии. Он нырнул рукой в прорезь платья, обжигая поясницу прикосновением, и дернул меня на себя.
– Не умеете.
Туман перед глазами начал рассеиваться.
– Почему?! – я уперлась ладошками в твердую грудь и попыталась отстраниться, но советник крепко прижимал к себе.
Он наклонился, касаясь губами уха и заставляя веки снова налиться тяжестью.
– Потому что даже вид вашей прекрасной высокой груди не заставит меня взять в руки иглу.
На этот раз я приложила больше усилий, отпихивая от себя противного советника.
– Терпеть вас не могу!
Грауди отошел, но тут же выбросил руку вперед.
Только его молниеносная реакция помогла мне не упасть. Длинный подол так обвил ноги, что когда я попыталась сделать шаг, начала заваливаться лицом в землю.
С тяжелым вздохом советник снова потянулся за мечом. Потом он совершенно беспардонным образом сгреб в охапку подол платья и отсек лишнюю часть. Я не успела даже обдумать тот факт, что ему были видны мои ноги до самых колен. Сдержанно поблагодарив Грауди, я задала еще один вопрос, который меня волновал:
– А что мы будем есть на обед?
Простой, хоть и сытный завтрак навел меня на плохие мысли.
– Что приготовим, то и будем.
Я всматривалась в лицо мужа, пытаясь понять, говорит ли он серьезно. Сначала занавески, потом платье, а теперь еще и еда? Неужели мне действительно придется всё делать самой?
– Почему бы нам не найти повара в деревне?
– Никто из местных не хочет работать в доме. Будь их воля, они бы и эти земли покинули.
– Проблема только в этом? – я беспечно махнула рукой. – Я решу вопрос.
Грауди покачал головой и взял свою трость.
– Просто дождитесь отца.
– Вы по-прежнему считаете, что папа что-нибудь придумает?
– Ради вашего же блага, принцесса.
– Вы можете звать меня по имени. В конце концов мы женаты.
Рукавом рубахи советник стер с лица остатки капель. Пару мгновений он смотрел на меня, словно принимая решение, а потом кивнул.
– Меня зовут Кристоф.
– О, ради Великих богов, я знаю! – всплеснув руками, я развернулась и пошла прочь.
