Таким я запомню свой первый поцелуй? Почему он относится ко мне так, будто я какая-то прокаженная? В носу противно защипало, и я поняла, что сейчас позорно разревусь прямо у него на глазах."
"Я моргнула, с ужасом осознавая, что слеза уже бежит по щеке. Оттолкнулась от широких плеч и метнулась в сторону. Больше никогда в жизни я не хотела видеть этого мужчину. Он двигался настолько быстро, что я даже не успела ничего понять. В одну секунду я была в нескольких шагах от него, а в другую – снова рядом.
– Проклятье.
Грауди тихо выругался.
Краем уха я слушала стук падающей на пол трости. А потом меня словно толкнули в бездну, и я полетела. Уверена, люди так не целуются. Ни одна женщина не позволит, чтобы мужчина творил подобное с ее ртом. Но я почему-то послушно приоткрыла губы, разрешая колдуну скользнуть внутрь горячим языком.
Если бы я могла думать, то, наверное, умерла бы от смущения. Вот только мысли разлетелись в разные стороны, стоило советнику лизнуть мой язык своим. Ладонь на пояснице слегка сжалась, прижимая меня ближе.
Полы его сюртука разошлись, и мое тело обожгло жаром. Еще одно ласкающее движение языка заставило потяжелеть низ живота.
Я таяла в его объятиях, сжимая пальцами лацканы сюртука, и чувствовала себя как ребенок, чья заветная мечта наконец сбылась. Советник целовал меня, и будь я проклята, если этот поцелуй не сводил и его с ума. Теперь он мог сколько угодно изображать равнодушие: его губы сказали мне всё.
Когда мы оторвались друг от друга, мои ноги дрожали так, что коленки ударялись друг о друга.
Если господин Грауди и убивал своих любовниц, то только для того, чтобы они не могли рассказать другим женщинам о том, как потрясающе он целуется.
– Вы этого хотели, принцесса? – его хриплый шепот опалил губы.
Принцесса. Точно. Я – принцесса, у которой есть жених, а он советник моего отца. Колдун, которого отвергает общество. Я рассеянно кивнула, опускаясь с носочков на полную стопу. Отпустила его сюртук и отступила на шаг. Нужно было уходить. Я и так натворила достаточно глупостей.
Развернувшись, чтобы уйти, я внезапно вспомнила кое-то. Снова повернулась, нашла глазами на полу трость и подняла ее.
– Простите, – я протянула трость советнику.
– Не извиняйтесь, принцесса. Я виноват в большей степени.
– Вы не танцуете с маленькими капризными девчонками, но целуете их? – спросила я, желая задержаться рядом с ним еще хоть на секунду.
– Получается, что так. – он опустил голову. – Ступайте, а то пропустите объявление о своей помолвке.
