Самый лучший мед на белом свете, скажу я вам! — убежденно затарахтела Бертина. — Сын уплетает за обе щеки! А как сопли потекут, так я ему чаи горячие, да молочко с медком. Побольше, чтобы здоровее был.
На этих словах я чуть не сползла на пол без чувств, но все-таки взяла себя в руки. В нашем мире, наверное, каждый знает о том, что мед — это мощный аллерген, несмотря на его полезность. И дело даже не в нем самом, а в пыльце, следы которой в нем остаются.
— Как это мед виноват? Да что вы такое говорите! — всплеснула руками Бертина и переглянулась с сыном, когда я обвинила его любимое лакомство едва ли не во всех смертных грехах.
Я кивнула и пустилась объяснять, что, кроме меда, не стоит сейчас есть Гаю, при этом стараясь адаптировать рекомендации под местные реалии.
Увы, от весеннего поллиноза можно спастись только в Антарктиде. Или на Луне. Пыльца цветущих деревьев, трав и цветов проникает повсюду, даже самые современные методы не дают стопроцентной гарантии. Здесь не могло быть даже антигистаминных препаратов, а чем их заменить, я не знала.
Но можно облегчить состояние моего маленького пациента путем соблюдения диеты."
"Самой сложной задачей было объяснить, чтобы они поняли и прониклись, при этом не углубляясь в медицинские подробности и не вызывая лишних подозрений. Я ведь не похожа на умудренного опытом целителя. Я — молодая девушка в простенькой одежде, не обучавшаяся в академиях, не умеющая даже читать и писать, но Бертина все равно глядела на меня с доверием и надеждой. Должно быть, совсем отчаялась.
— Ой, он так жареное любит, — качала она головой.
— Это что, мне теперь почти ничего нельзя? И малину тоже? И даже жареную курочку? — испугался Гай, но мать погрозила ему пальцем.
— Зато похудеешь!
Хоть эта семья была более-менее зажиточной, рацион деревенского жителя был ограничен. Это же не аристократы какие-то. Но, если здесь встречается банальная аллергия, значит, болезни этого и моего мира похожи. И лечение, по идее, должно помочь.
— Пошлите, милая, провожу вас к дому бабушки Фанни, — сказала, когда мы закончили.
— И вот, пожалуйста, возьмите от нас за труды.
В карман упало две медных монетки. Первый заработок в новом мире! Я сначала смутилась, но Бертина уверенно произнесла:
— Берите, берите. У нас положено благодарить, это называется обмен добром. Уж лучше я вам заплачу, чем еще хоть что-то дам этим городским негодникам! Мы попытаемся сделать так, как вы сказали. Попытка не пытка, хуже уже не будет, — добавила с печалью в голосе.
