Пока я судорожно соображала, что ответить, он ловко взял меня за руку и одел на безымянный палец кольцо.
— Это помолвочное. Надеюсь, ты не передумала? — в голосе проскользнула настороженность.
— Не передумала, — я решительно кивнула. — Но меня по-прежнему удивляет, что ты захотел взять меня в жены, почти ничего обо мне не зная. А что, если я попаданка из другого мира? Что ты тогда будешь делать?
Я произнесла эти слова, и сердце ушло в пятки. Во все глаза всматриваясь в лицо Истена, я ждала его реакции. Что я буду делать, если ему факт моего попаданства придется не по душе? Если он подумает, что настоящая Аннис умерла из-за меня, что я ее убила?
И как я буду без него? Он ведь такой хороший, надежный, вместе со мной готов усыновить брошенных детей.
Он зацепил меня, не избалованную мужским вниманием, с самой первой встречи, хоть я боялась сама себе в этом признаться.
Истен застыл с серьезно-каменным выражением, а потом… откинулся назад и громко расхохотался. Неловко двинув рукой, зацепил официанта с полным подносом, который нес наш заказ.
Бокалы с рубиновой жидкостью полетели прямо ему на голову, обдавая волосы, лицо, рубашку. Тарелка с салатом шлепнулась ему на колени, и все это представление сопровождалось звоном битого стекла.
Призналась на свою голову! Точнее, на голову Шерриана. Он не воспринял мои слова всерьез, подумал, что я шучу. А я ведь говорила со всей серьезностью, даже не улыбалась. Это неприятно царапнуло. Я тут, видите ли, свою самую страшную тайну собиралась раскрыть, долго решалась, а ему смешно стало.
Мне бы красноречие и уверенность дипломата.
Тем временем, у бедного официанта чуть не случился разрыв сердца. Он побледнел и судорожно глотнул воздух.
— П-простите! Простите! Я сейчас все исправлю!
Надо отдать Истену должное, он с невозмутимым выражением лица стер со щеки алую жидкость, облизнул палец и поднял с колен лист салата.
— Наверное, это было вкусно, — прокомментировал и посмотрел на меня.
— Мне жаль, — шепнула я.
Хотя моей вины в этом, в общем-то не было.
— Выпейте успокоительного, — посоветовал официанту, который дрожащими руками совал ему платок. — Всего капля бытовой магии, и я буду в форме. Хорошо, что не прогуливал по ней занятия, хотя всегда считал их невыносимо скучными.
Сотворив заклинание, он заставил остатки салата взмыть в воздух, а рубиновые потеки собраться каплями. На одежде не осталось грязных следов, надо бы и мне когда-нибудь освоить бытовую магию.
