— Я чувствую слабый магический фон от вашего украшения, — произнес он, не отрывая взгляда от кольца. — Это ведь артефакт, верно? Как он к вам попал?
В аудитории воцарилась тишина, головы адептов повернулись ко мне. Я машинально сжала руку в кулак. И как быть? Если скажу, что мне достался артефакт рода Шеррианов, это вызовет много неудобных вопросов. Меня и так тут многие терпеть не могут и считают выскочкой.
— Его мне отдал фамильяр, — произнесла, подняв взгляд на целителя.
Маг задумчиво нахмурился и потер подбородок.
— Фамильяр, говорите? Это весьма интересно. Адепты, кто-то из вас до сих пор пользуется помощью фамильяров? — нейт Грейвс оглядел аудиторию.
— Так фамильяры же для детей! — хихикнул кто-то, но смешок быстро растворился под строгим взглядом наставника.
— У меня не тиин, — ответила я и вспомнила пушистый желтый комочек Лика. — У меня кот, его зовут Уголек.
Этот лентяй сопровождал меня в госпиталь далеко не всегда, прикрываясь более важными делами, вот у Грейвса и не было шанса с ним познакомиться.
Целитель еще раз внимательно осмотрел кольцо и сказал мне вполголоса:
— После занятий не уходите, побеседую с вами по поводу артефакта, — он перестал нависать надо мной и вернулся на свое место. — Кто там говорил, что фамильяры только для детей? Пусть этот умник сразу готовится к пересдаче. У взрослых магов тоже могут быть фамильяры, правда, гораздо реже. Уверен, об этом вам должны были рассказывать на лекциях по общей магии, но кто-то, как обычно, считал ворон.
И он пустился в объяснения.
Я уже знала, что маленьким волшебникам фамильяры помогают стабилизировать потоки магии, направляя их в нужное русло, пока дети сами не научатся это делать. А также фамильяры делятся энергией, если нужно.
— Обычно к пятнадцати-восемнадцати годам в фамильярах уже нет необходимости. Кто-то отправляет их обратно в волшебный лес, кто-то оставляет при себе в качестве друзей и домашних питомцев, обычно тиины — самые распространенные фамильяры, не привязываются эмоционально к своим владельцам, поэтому легко переносят разлуку.
Случается, что фамильяра настолько истощает постоянная помощь хозяину, что тот гибнет, — нейт Грейвс вздохнул, протер очки и водрузил их обратно на переносицу. — Но это надо быть уж совсем оболтусом, чтобы загубить своего фамильяра.
А мой Уголек уже старый, двести лет, как-никак. Не случится ли с ним что-то плохое из-за помощи мне? Тем более, он говорил, что собирался на пенсию до того, как встретил меня.
