Их было несколько: для хирургических, инфекционных, больных с “непонятными симптомами” и отдельная палата для таких, как Эллин.
В изножьях коек висели таблички с именами маленьких пациентов и их родителей, а если те были сиротами, значилось название приюта. К сожалению, таких здесь было большинство. Родители старались накопить денег, чтобы вызвать лекаря на дом или пригласить мага, лишь бы не пришлось вести ребенка в бесплатную лечебницу “для сирых и убогих”.
Вместе с двумя работницами, женщинами почтенного возраста, мы проверяли состояние больных и, если требовалось, давали лекарство или делали перевязку.
Хорошо, что той злобной бабки Яги нигде не было видно!
— А нейт Родеус сам-то занимается душевнобольными, — сказала одна из тетушек, когда я осторожно подняла эту тему. — Он пытается найти способ лечения этих бедных детей.
Ясно. Значит, ледяной душ — это его предписание. Если с ними что-то случится, даже претензий никто не предъявит, они все сироты. И пусть не говорит потом, что это было закаливание.
С ним бы так! Интересно, сюда приходят какие-нибудь проверяющие? Ревизора явно не хватает."
"Как не хватает рабочей одежды для персонала, стандартную форму носят только лекари типа Энкеля и Родеуса, женщины же были одеты кто во что горазд. Я очень вовремя вспомнила о белом платье, хранящемся в недрах мешка. Надо бы его распороть и сшить себе передник, а лучше пару. Какие носили сестры милосердия в прошлом. И вовсе не для красоты, а для гигиены. Сейчас на мне было надето одно из самых простых платьев дочки нейры Мирилис, а на голову я повязала платок.
Тут в поле зрения появился Уголек. Я просила не выгонять моего фамильяра, и работницы, узнав о нем правду, взирали на кота со священным трепетом.
“Ну что, как успехи? Помощь нужна?” — поинтересовался, толкаясь мордой мне в лодыжку. После случая с тиином пушистый хулиган стал как шелковый. Интересно, надолго ли?
“Мне надо унять боль у двоих пациентов, сделай так, чтобы я не растратила все силы сразу” — отправила ему мысленное послание.
Этой ночью пока везло: никого экстренного не было, да и в палатах все чувствовали себя сносно. Надо бы познакомиться с другими здешними лекарями, я их пока не видела. Кажется, несмотря на царящий бардак, эти люди — честные мастера своего дела.
Применив целительский дар, я облегчила боль мальчишкам: один лежал в забинтованной рукой, у второго была сломана нога. А потом направилась в палату к Эллин.
