Виверны могут неделями без пищи обходиться, если совсем туго, в спячку впадают. Сейчас, еще пара штрихов.
Спустя полчаса маг от меня отступает.
— Все, иди любуйся работой мастера."
"Партнер лично подвел меня к зеркалу. Боюсь смотреть, но надо. Поднимаю взгляд и…
— Ох ты ж блин! Ты что сделал?!
— Ну не только же тебе шокировать.
— Да-ан, — чуть не плача, произношу я. — Верни мне нормальные уши.
Из нереально больших ясных кристально-голубых чуть ли не светящихся глаз действительно вот-вот хлынут слезы, орошая ангельское юное личико.
Длинные черные ресницы наверняка слипнутся и прилипнут к щекам. Пухлые розовые губки-бантиком обиженно надулись еще сильнее. Но уши!
Гневно встряхнула шикарной копной блондинистых чуть вьющихся волос. Бархатные светлые уши с длинными черными кисточками виновато прижались к голове. Эльфийские длинные лопухи еще куда ни шло, но кошачьи — это ужас!
Расстроенно оглядываю себя уже в полностью в зеркале. В целом, фигура осталась похожа на ту, что у меня была с красными волосами, тут маг себе не изменил.
Повернулась боком. К счастью, больше никаких новых частей тела нет.
— Что, не нравится? — весело поинтересовался партнер, стоящий за моим плечом.
— Дан, а это какая твоя эротическая мечта? Детская?
— Не-е-е, это одна из современных, — с этими словами бессовестный маг почесал мне за ухом.
Ох. В глазах потемнело от удовольствия. Пошатнулась и, чтобы не упасть, оперлась руками о зеркало. Сама трусь головой о руку мага. Откинулась назад, и теперь моя голова лежит у Дана на груди.
Теперь уши, похоже, у меня главная эрогенная зона. Наверное, там очень много нервных окончаний. А ещё меня буквально окутал аромат мяты. Раньше я ее так хорошо только в кошачьем теле ощущала. Значит ли это, что у меня теперь и обоняние в этом теле кошачье?
Резко распахнула глаза, поймав в отражении лицо Дана. Маг довольно улыбается. Зацепилось внимание за мужские глаза. Зрачки широкие-широкие. В глазах выражение такое… да, тоже довольство, нечто покровительственно-снисходительное.
Смотрит так по-хозяйски, что мне цапнуть его захотелось.
— Дан, убери эти уши, — с угрозой цежу я, тем не менее, не в силах отлипнуть от мага и мысленно умоляя его не прекращать чесать и поглаживать за ушками. Нет, с одной стороны, даже прикольно, когда есть возможность испытывать столь острое удовольствие, а с другой, это же надо, чтобы кто-то чесал, если сама себя почешешь, наверняка так классно не будет, а просить кого-то себя почесать — это так себе.
