Когда Калеб отпустил меня, мы оба задыхались от возбуждения, и трудно было сказать, кто из нас сильнее дрожал.
Его грудь вздымалась и опадала от резкого и частого дыхания, он продолжал прижимать меня к себе.
Я не знаю, как произошло дальнейшее… Словно дикие звери, мы набросились друг на друга, срывая одежду и с неистовством прижимаясь не только телом, но и душой.
Я вскрикнула от потрясения, когда дикий восторг накрыл нас обоих. Калеб наклонился, чтобы поцеловать меня, и его губы задержались на моих в томительном и сладостном поцелуе.
Дракон вытянулся рядом со мной, и его смуглое нагое тело чётко выделялось на фоне моего. Слабая улыбка приподняла уголки его губ, и он произнёс:
— Моя Регина.
* * *
Из блаженного сна меня выдернул крик петуха.
Перевернулась на другой бок и высунула голову из-под одеяла.
И тут я вспомнила свой сон.
Что это вообще было?
Последствие зелья, что дал мне Калеб?
Щёки мои загорелись от воспоминаний.
Такие подробности всплыли в сознании, что я теперь даже не представляю, как буду смотреть в глаза дракону.
Ох же, ёлки…
С небывалой ленью выбралась из тёплой и удобной кровати. Поразилась голодному урчанию желудка, словно я не ела несколько дней. Привела себя в порядок, продолжая ощущать в теле вялость.
Когда уже одевалась, вдруг вспомнила, что грифонам не выставила с вечера молока!
Собрала волосы в небрежный хвост и выскочила из спальни. Быстро спустилась вниз. Хотела первым делом вбежать на кухню, но затормозила, так как услышала странные звуки, доносящиеся со двора.
Отворила дверь и изумилась, увидев преображение на участке.
— Обалдеть, — выдохнула поражённо.
Потом опустила взгляд вниз и увидела стоящие на крыльце опустевшие миски для грифонов.
Кто их поставил? Неужели Калеб?
Я уж точно нет.
Нахмурилась, ничего не понимая. Снова посмотрела на двор. Там бродили важные куры, гуси и утки. Непонятно как, но на участке теперь был вырыт пруд, в котором с удовольствием толклись и плескались утки с гусями.
— Кряк-кряк-кряк! — разговаривали между собой утки.
— Квох-квох-квох! — кудахтали куры.
Петухи важно чистили яркое оперение. Птица чувствовала себя во дворе дома вальяжно и по-хозяйски.
Хлопая глазами, словно впервые вижу это место, посмотрела на новое сооружение."
"По периметру участка был выстроен высокий, узорчатый, украшенный острыми пиками кованый забор.
Возле него бродил какой-то коротко стриженный седовласый мужик, одетый в чёрные кожаные одежды и обвешанный цепями из белого металла.
