Плескалась, пищала, прыгала с Сашиных плеч в бассейн и даже меня затащила в него.
К сожалению, я не догадалась взять с собой купальник, поэтому мне пришлось забраться в бассейн в простом черном белье. Хорошо, что это был комплект. Иначе я бы умерла от смущения, ловя каждый раз на себе Сашины взгляды.
Из бассейна мы смогли забрать Настю только с наступлением заката и ужином, который я приготовила, пока Саша с дочкой носился по двору, с водяными пистолетиками.
После ужина и душа Настя, завёрнутая в махровый халат и полотенце на голове прильнула к Саше, смотря мультик вместе с ним на диване.
И уснула.
День, начавшийся в пять утра, был настолько насыщен приключениями, что дочка впервые за три года уснула не в постели, а там, где её попросту выключило.
— Я унесу её в комнату, — шепнул Саша и аккуратно подхватил спящую дочку на руки.
— Я помою посуду, — сказала я тихо и ушла на кухню, где приступила к мытью посуды.
Сама я тоже была в махровом халате. Судя по запаху, который я улавливала от ткани, Саша его часто носил.
И это было приятно — снова чувствовать на себе его запах, пусть даже так.
Посуды было немного, помыла я ее довольно быстро и, пока протирала полотенцем, на кухню тихо вошёл Саша. Он тоже принял душ, о чем свидетельствовало полотенце, низко сидящее на его бёдрах.
— Спасибо тебе за этот день, Саша. И за все другие. Настя в восторге, — улыбнулась я, опустив взгляд на тарелку в своих руках, которую теперь слишком усиленно натирала, чтобы не пялиться на обнаженный мужской торс в каплях воды.
"
"— Я оставил ей включенный ночник, чтобы не испугалась, если проснётся ночью, — на мои слова благодарности Саша никак не отреагировал.
Подпер бедром край кухонного стола, хмуро и устало наблюдал за тем, как я натирала тарелку, которая уже давно была сухой.
— Я посплю на диване в гостиной, — сказала я, чтобы разбавить гнетущее молчание.
Почему он молчит? Почему так смотрит? Всё же было хорошо.
— А почему сразу не у ворот? — спросил Саша, подняв на меня сердитый взгляд.
— В смысле? — не поняла я, нахмурившись.
Саша шумно вздохнул, забрал из моих рук тарелку, которая, похоже, раздражала его. Оставил тарелку на столе, следом забрал из моей руки и полотенце, не глядя швырнув его в сторону.
Шаг за шагом он наступал на меня, заставляя отступать назад до тех пор, пока я не уперлась задом в столешницу гарнитура.
— Скажи хоть что-нибудь, Саша, — выронила я хрипло, совершенно не понимая, как интерпретировать его суровый взгляд. — Я тебя не понимаю.
