Фома сдвинулся, уронив руку, которую ему заботливо уложили на грудь, поверх одеяла.
— Все в порядке, — успокоил меня Лаврентий. — Питерский иногда двигается. И это нормально.
— Может стоит привести его в чувство? — обеспокоился я.
— Рано, — припечатал Лаврентий Лавович, внезапно посуровел. — Если он придет в себя, то лечение пойдет медленнее. У вашего помощника быстрая регенерация. И я хорошо подпитываю его силой. Но стоит понимать, что кроме внешних ожогов у моего подопечного есть внутренние повреждения.
— Вы хотя бы пытались? — подозрительно спросил я.
Парень закусил губу и нехотя кивнул.
— Я попробовал разбудить его на рассвете. Он застонал, но не открыл глаза. И я принял решение вновь его усыпить. Не хочу рисковать.
— Мне ничего не остается, как довериться вам, Лаврентий Лавович, — я положил ладонь на плечо лекаря. — Делайте то, что считаете нужным. Мы все будет ждать столько сколько необходимо. Об оплате не беспокойтесь.
— Не стоит об этом, — нахмурился Лаврентий.
— Несмотря на то что я был молод, мне все же позволили дать лекарскую клятву. И я здесь не для того, чтобы заработать. Мне важно поставить Фому на ноги.
В дверь робко постучали. В холле оказалась Иришка. Девушка была бледной, одетой в платье, которое ей наверняка одолжила щедрая Виноградова. Ее влажные волосы были убраны в косу, губы оказались искусаны, а на скуле виднелась длинная царапина, которая уже успела затянуться.
— Павел Филиппович, — она всхлипнула и принялась заламывать руки, — скажите, что с ним все будет хорошо.
Вы же не просто так решили оставить Фомушку дома? Не для того же, чтобы он тут умер и… и… остался…
— Вот дура, — рядом появилась Любовь Федоровна и покачала головой. — А я-то думаю, чего она ходит туда сюда, и нож в кармане прячет. Наша кухарка решила отбить кота и уволочь его в лекарню.
— С Фомой все хорошо. Здесь лучший в городе лекарь, который с ним работает, — мягко заговорил я.
— Будет славно, если ты посидишь с ним и поговоришь. Хоть он и находится в лечебном сне, мне кажется, что твой голос лишним не будет?
— Правда? — с облегчением воскликнула девушка и неожиданно ловко обогнула меня, чтобы нырнуть в комнату. — Ой…
Она заметила доктора, который поправил на переносице очки.
— Простите за мой неуместный вид, — церемонно заявил он. — Но я действительно лекарь, который занимается восстановлением вашего друга.