С вкусовыми качествами угощения они преуспели, во что девушке верилось с трудом. Аромат, доносившийся от кролика, принесенного Хелен, казался ее носу просто божественным. Она практически готова была съесть это сама.
— Они не кажутся людьми, которых клонит в сон, — обеспокоенно прошептала Элдра, видя, как мужчины опустошают котел.
Шинейд ничего не ответила, но, спрятав свою миску за спину, вывалила ее содержимое в кусты. Проделав то же самое с порциями Хелен и Элдры, пока те наблюдали за воинами, она поставила опустошенные миски перед собой.
К сожалению, ее кузина была права. Никто не проявлял признаков усталости.
Ее недовольный взгляд переместился на Блейка, доедающего последний кусок. Поднявшись на ноги, он кивнул трем девушкам.
— Все было очень вкусно, сестра. Примите мою благодарность. Теперь, я думаю, можно сходить к реке, ополоснуться перед сном.
— Через сколько времени эта трава начала действовать в прошлый раз? — поинтересовалась Шинейд, наблюдая за своим нареченным, направляющимся к деревьям.
Она начинала бояться, что англичанка из-за своих страхов добавила слишком мало сонного растения.
Через некоторое время Хелен ответила:
— Не могу сказать точно. Мне казалось, что прошла вечность, но я была так напугана. Ведь в случае неудачи моя смерть была бы неминуема.
Шинейд нетерпеливо поерзала. Как долго им придется ждать? Сработает ли? Великий Боже, а что, если они взяли не ту траву и она оказалась безвредной приправой?
Последняя возможность была бы потеряна, но в равной степени было жалко замечательного тушеного кролика, выброшенного ею в лес.
Пах он просто восхитительно. А если при этом он был безвреден, а сейчас пропадал на земле… это было бы ужасным разочарованием. Раз уж их план не сработал, можно было хоть вкусно поесть.
Ее мысли были прерваны чувствительным толчком Элдры. Взглянув на кузину, девушка перевела взгляд в сторону, в которую та указывала. Двое мужчин, съевших мясо быстрее остальных, рассеянно терли свои животы. Видя на их лицах гримасы боли, Шинейд почувствовала, как по ее позвоночнику побежали тревожные мурашки.
Они казались беспомощными, словно дети.
— Э… Хелен… — начала Шинейд, а затем замолчала. Эти двое зашатались, а затем упали около костра. Вскоре донесся звук рвоты."
"— О Боже, — послышался дрожащий голос Хелен, когда еще пара воинов ринулась в лес. — У людей Камерона не было подобной реакции. Думаю, это было другое растение.
Шинейд поджала губы, чтобы сдержать нервный смешок.
