Мальчик-бык не Хит.
— Черт, нет, он не Хит-сказал Старк, смотря на Афродиту, будто она потеряла разум.
Значит он не слышал меня. Хорошо, может быть, никто другой не слышал меня. Я могу справиться с Афродитой. Позже. В это время я игнорировала ее, что было легко, потому что бабушка торопливо осматривала меня, беспокоясь так же, как Старк. — Он навредил тебе?
Я потянула Старка за руку, и он помог мне встать. Затем я обняла бабушку — Нет, я в порядке.
Она успокаивающе обняла меня и не назвала меня глупой. Вместо этого она сказала — Рефаим не в порядке.
— Ой- Демьей, эрин и Шони подошли к Стиви Рей, опустившейся на колени радом с Рефаимом. Мы присоединились к ним. Афродита сказала — Это плохо. Очень плохо.
Я посмотрела на Дракона. Он упал недалеко от Рефаима. Смотря на его лицо, я бы могла подумать, что он спит. Я имею в виду, за исключением струйки крови из уголка рта, он на самом деле выглядел более мирно, чем после смерти Анастасии. Но его тело было чудовищным. Обе руки были ранены. Рог Аурокса разорвал ткань его брюк, оставив одно бедро в виде гамбургера.
На его грудь было страшно смотреть. Его ребра были проломлены. Из его груди текла кровь, она была повсюду.
Я стояла там, смотря на него, пока бархатный плащ Танатос не появился в поле видимости. Она растегнула брошь, удерживающую плащ на ее плечах и накрыла им тело Дракона. У нее было странное выражение на лице, и я пыталась выяснить, что происходит, пока она говорила.
— Вы можете двигаться дальше. Вы должны были либо умереть в эту ночь с выполненной клятвой — это был истинный путь, или выйти из этой со своим живым телом, но мертвым духом для всего, что почетно.
— Танатос улыбнулась, и я поняла, почему выражение ее лица выглядело странно. Потому что она говорила с воздухом над телом Дракона. — Принеся в жертву себя за Рефаима вы снова нашли милость нашей Богини. — Танатос сделала широкий жест рукой, и я подумала, что она выглядела невероятно изящной и абсолютно красивой. — Это ваш путь. Идите в Путусторонный мир к своему новому будующему.
Я ахнула, так как небо над Танатос вздрогнуло. Ночь разделилась, и появилось знакомое дерево. Оно было зеленым и пышным- рябина и боярышник, скрученные вместе. Куски ткани, которые были привязаны к его массивному стволу меняли цвет и длину. Они нежно трепыхались, создавая теплый ветер, от которого пахло землей, мхом и весной.
— Богиня прислала дерево — прошептал Старк.
— Ты тоже его видишь? — пробормотала я.
— Да, — сказал он.
— Я тоже, — сказала Афродита.
