Вам вовсе не обязательно говорить обо мне так, будто я вас не слышу, — она отсалютовала своим стаканом, словно произнесла тост, и осушила его.
— Ты под градусом, так что я пропущу это мимо ушей, — сказала я. — Отдохни немного. Поговорим позже.
Мы вышли из комнаты Афродиты. Рефаим и Стиви Рей держались за руки и разговаривали вполголоса друг с другом, пока мы шли наверх через туннели, где снаружи нам надо дождаться очень озадаченного парня из доставки, который, как я знала, получит отличные чаевые.
— Что ты думаешь о видении? — спросил Старк, обхватывая меня рукой и крепко прижимая к себе.
— Я думаю, Стиви Рей будет проблемой. Она будет стараться защитить Рефаима так сильно, что в конечном итоге сама его убъет.
Старк кивнул и стал мрачным.
— Так работает Тьма. Она обращает любовь во что-то вредоносное.
Его слова удивили меня. Это прозвучало так цинично, так по взрослому.
— Старк, Тьма ни во что не может превратить любовь. Любовь это единственная вещь, которая останется после Тьмы, смерти и разрушения. Ты знаешь это, или должен знать.
Он остановился, а затем вдруг я оказалась в его объятиях, и он сжимал меня так крепко, что я почти перестала дышать.
— Что случилось? — прошептала я ему. — Что-то не так?
— Иногда я думаю, что только я должен был умереть, а Хит должен был остаться с тобой. Он верил в любовь намного сильнее меня.
— Я не думаю, что величина твоей веры так уж важна. Я думаю, важно только то, что ты веришь в это.
— Тогда все будет в порядке, потому что я верю в тебя, — сказал он
Я обхватила его руками и крепко обняла, пытаясь успокоить его и себя прикосновением, потому что одних слов было бы недостаточно.
24
Неферет
""Как продвигаются твои дела в творении хаоса, моя бессердечная,"" в ее разуме раздалось эхо глубокого голоса быка."
"Неферет повернулась почти на 360 градусов, прежде чем заметила его переливающуюся, волшебную шкуру, его массивные рога, его раздвоенные копыта. Он приближался к ней из-за могилы, на которой статуя молодой девушки-ангела смотрела вниз, склонив голову.
Время разрушило одну из ее каменных рук, и Неферет подумала, что по выражению ее лица можно было сказать, будто ангел отдала часть себя, как подношение, возможно белому быку.
При этой мысли Неферет начала закипать от ревности.
Она шла навстречу быку, двигаясь медленно, апатично. Неферет знала, что она была прекрасна, но все же ей пришлось взять силу от окружающих теней, чтобы приукрасить себя. Ее длинные густые волосы блестели, как жидкий шелк ее платья.
