— Они теперь супергерои? — спросила я, пытаясь (вероятно безуспешно) быть смешной.
На ее губах появилось удовлетворение, и на секунду она выглядела как ее кошка, устроившаяся с комфортом.
— Ну, мой мужчина — супергерой во многих сферах. О своем ты должна сделать выводы сама.
— Видение, — четко и громко напомнил мне Старк с другого конца комнаты, где он и в самом деле осматривал ножи, висящие на стене.
— Да, верно, расскажи мне о чем оно было на этот раз, — сказала я.
— Это снова было одно из тех проклятых видений о смерти.
В котором я находилась внутри парня, которого убивают.
— Парня? — я почувствовала, как во мне понемногу начала нарастать тревога. Был ли это Старк?
— Расслабься, это не были твои или мой парень. Это был Рефаим. Я была внутри него, когда его убили. И, между прочим, — она помедлила, делая еще один большой глоток вина, — У птенчика в голове полно странного дерьма.
— Давай сначала о главном. О сплетнях поговорим позже, — сказала я.
— Ну, как обычно, когда я внутри человека, которого убивают, видение сбивает с толку, — сказала она, нажимая ладонью на полотенце и морщась от боли.
— Просто расскажи мне, что помнишь, — подсказала я. — Как он умер?
— Меч почти разрезал его на две части. Всего, хотя его голова не свалилась с плеч, как было в других видениях о тебе.
— Ну, тем лучше для него, — сказала я, не зная как это прозвучало, серьезно или саркастически. — Кто разрезал его пополам?
— Вот где начинается путаница. Я не уверена в том, кто именно убил его. Я уверенна лишь в том, что там был Дракон.
— Дракон убил его? Кхмм… Это ужасно.
— Ну, как я уже сказала, я в этом не уверена. Могу сказать, что помню, каким было лицо Дракона, прежде чем меч рассек меня. Он был полностью отрешенным. Он выглядел даже хуже, чем в последнее время. Как будто в его жизни не было ни надежды, ни света, ни счастья, и он плакал — по-настоящему ревел, с соплями и всем остальным.
— Значит Рефаим умер от меча, — констатировала я."
"— Ага, — согласилась она. — Знаю. В голове не укладывается.
Кажется, что это сделал Дракон, но во мне это даже на один процент не ощущается, особенно если добавить часть с рыданиями и всей остальной неразберихой.
— Остальной неразберихой?
— Да, странное дерьмо продолжало светиться на фоне. Там было что-то белое, что выглядело мертвым. Там был лед, который горел в костре. Там везде была кровь и сиськи, а потом я, то есть Рефаим, был мертв. Конец.
Я потерла виски, чувствуя, что мой мозг начинает вскипать.
