— Нет, всего лишь небольшое недоразумение. Я думал, что недолетка поняла, чего она желала, — сказал Аурокс, глядя в лицо Мастеру Меча и игнорируя Бекку. — Я ошибся.
Она метнулась от дерева и обошла их так, чтобы Дракон оказался между ней и им — ее страх, быстро перешел в уверенность и гнев.
— Я знаю, чего я не хочу, и это еще один парень, который одержим Зои Редберд. Надеюсь у тебя есть причина для того, чтобы стоять в очереди, потому что перед тобой целый список парней.
— Бекка, нет причин быть грубой. Ты знаешь, вампиры верят в свободу выбора и обоюдное желание.
Если же желание не обоюдное, лучший выбор — уйти красиво, — твердо произнес Дракон.
— Умная мысль, — сказала Бекка Дракону, затем усмехнулась в сторону Аурокса. — Хорошая не-летка говорит тебе прощай, придурок. — И потоптала прочь.
— Аурокс, — медленно начал Дракон. — В обществе вампиров открыто многих различных путей, которые ведут к желанию и удовлетворению страсти, но вы должны знать, что по некоторым из этих путей невозможно пройти, если нет чёткого согласия от всех вовлеченных и, определенно, более опытных сторон.
— Вздох Дракона сделал его старым и усталым. — Ты понимаешь, что я пытаюсь тебе объяснить?
— Понимаю, — сказал Аурокс. — У недолетки Бекки подлая душа.
— Правда? Полагаю, я не замечал.
— Я не верю, что у Зои Редберд подлая душа.
Бровы Дракона приподнялись.
— Нет, я тоже в это не верю. А вы знаете, что Неферет и Зои в ссоре, не так ли?
Аурокс встретил его взгляд.
— Они враги.
Взгляд Дракона не дрогнул.
— Да, вы можете описать их таким словом, хотя мне жаль, что обстоятельства не сложились иначе.
— Вы не последователь Неферет, — заключил Аурокс.
Выражение лица Мастера Мечей окаменело, и его усталое, но открытое отношение ко всем исчезло. — Я иду своей дорогой и не за кем больше.
— А путь Никс?
— Я не стану уходить с пути Богини, но также и не стану на чужой, кроме своего. Это единственный путь, который мне уготован.
Аурокс изучал его. Его эмоции были скрыты. Вампир ничего не излучал — ни гнева, ни отчаяния, не страха.
Ничего. Это была загадка. Возможно, как и та загадка, когда он заговорил о тайне внутри себя."
"— Я назвал имя Зои вместо Бекки.
Брови дракона снова взлетели, и его выражение на лице говорило, что он был снисходителен и удивлен.
— Ладно, Аурокс, женщинам — подлым или нет — не нравится, когда вы называете их чужим именем.
— Но я не знаю, почему я это сделал.
Дракон пожал плечами.
— Зои, должно быть, у тебя на уме.
— Я не понимал этого.
