Но я думала лишь об одном:
""Стиви Рей убьет меня, если я приведу его к ней со всей этой чепухой, что его папочка такой ""замечательный, красивый и совершенный”.
— Мы не можем заставить других людей быть теми, кем мы хотим их видеть лишь потому, что мы хотим этого.
— Я не собираюсь быть хорошим, — сказал Калона. — Так же, как у меня нет интереса причинять зло. Я просто желаю падения Тси-Сгили. Она ранила меня, и я хочу отомстить.
— Ладно, и что именно это означает? — Спросила я.
— Это значит, что у нас есть общий враг.
Я помогу вам избавить Дом Ночи от Тси-Сгили, которая притворяется Верховной жрицей Никс, и ее создания, Аурокса.
— Отец, может ты сначала придешь и поговоришь с Высшим советом, расскажешь им то, что ты знаешь о Неферет?
— И что из этого получится? — Резко спросил Калона. — У меня нет никаких доказательств в поддержку моих слов. Я обвиню ее в принятии белого быка в качестве Супруга. Она будет это отрицать. Я предполагаю, что она представила это существо, как божественный дар, я прав?
— Да, это так, — ответила я.
— Предполагется, что Аурокс подарок Никс.
— Позвольте мне угадать, Богиня не появилась и не разоблачила создание или Неферет.
— Ты знаешь, что этого не произошло, — вздохнула я.
— Конечно, этого не произошло. — Калона покачал головой с очевидным отвращением. — И потому, что ваша Богиня молчит, нет никаких доказательств от Никс. Мои слова будут против слов Неферет, и Совет решит, что она уже изгнала меня от себя. Они скорее бы поверили, что я соврал, чтобы отомстить.
— А это не так? — спросила я. — Вернее, разве ты не говорил, что жаждешь мести?
— Я не хочу, чтобы правящий Совет сделал ей предупреждение, ударил по ее самолюбию и послал в одиночестве симулировать служение Богини. Я хочу уничтожить ее.
Я опять задрожала от холодной ненависти в его голосе, но я не могла спорить с его логикой. Я не хотела убивать Неферет. Черт, я никого не хотела убивать. Но в глубине своей души я знала, что если ее не уничтожить, то все закончится тем, что она станет причиной невообразимой боли и страданий для всех нас.
— Ладно, послушай. Ты должен растолковать мне это. Ты говоришь об убийстве Неферет?
— Я не могу убить ее. — Его пристальный взгляд удерживал мой. — Только она сама может стать причиной своего уничтожения.
Я почувствовала, что мой мозг был готов взорваться.
— У меня нет ни одной мысли, как заставить ее сделать это.
— У меня есть, — сказал Калона. — Она связалась с белым быком.
