Я даже жду, что они зашипят, зарычат и обменяются недружелюбными оскалами.
Богдан напротив меня медленно выдыхает через нос, и его ладонь, что лежит на столешнице, сжимается в кулак. Нервничает.
Только я почему-то не нервничаю. Может, меня отпустило после криков на свекра?
Давно надо было высказать ему, что я думаю и что чувствую.
— Привет, — Доминика неожиданно здоровается со мной.
Приветствие выходит агрессивным, но агрессия часто прячет под собой другие эмоции, которые могут кричать о страхе, о помощи и слабости.
— Привет, — киваю я и провожаю взглядом Доминику, которая, громко топая тяжелыми ботинками, обходит стол и с вызовом плюхается напротив молчаливых Светы и Аркаши.
Я смотрю на Богдана, а он строго обращается к Доминике:
— Где твоя мама?
Доминика игнорирует его. Она переводит сердитый взгляд с Аркаши на Свету и обратно.
Скрещивает руки на груди и заявляет, приподняв подбородок:
— Я ваша сестра.
— Пипец, на тебя похожа, — Аркаша с шепотом пихает вбок Светку. — Он будто от тебя отпочковалась.
— Ничего подобного, — сдавленно отвечает Света, и в уголках ее глаз искрят слезы. Опять накрывает лицо ладонями. — нет, не могу… не могу…"
"Всхлипывает и в следующую секунду убирает руки с лица. Стискивает челюсти и решительно смотрит на Доминику, которая принимает зрительный вызов.
— Не думала, что у тебя есть сестренка? — спрашивает с ухмылкой Доминика. — А вот она я.
— А ты дерзкая, — шипит Света.
— А то, — Доминика подается в ее сторону. — Я тебя не боюсь.
— Будто я тебя боюсь, — Света тоже подается к Доминике и щурится.
— Но это не я нюни распустила.
Молчание на несколько секунд, в которые я, Богдан и Аркаша напряженно переглядываемся.
— Ты как со старшими разговариваешь? — Света щурится на Доминику.
— А возраст, я посмотрю, не про ум, — та обнажает зубы в оскале жуткой улыбки.
Света аж всхрапывает в возмущении и резко встает:
— Я тебе сейчас такие нюни покажу!
— А покажи! — Доминика тоже встает. — Что ты сделаешь, а? Что?
— Это просто невероятно, — Аркадий покачивается в кресле, глядя на Свету и Доминику, — и очень любопытно.
— А тебя никто не спрашивал! — Доминика огрызается на него.
— Да, — соглашается Света, — не надо тут сидеть и подсирать!
Опять воцаряется напряженное молчание, и Доминика шумно выдыхает через нос, а затем отодвигает кресло и решительно шагает к двери:
— Все, я пошла. Все с вами ясно.
— И что с нами ясно? — Аркадий покачивается в кресле, — мне с нами ничего ясно, а ты все раз и поняла. Удивительно.
