Я делаю еще одну затяжку. Я должен найти способ исправить это до следующих выходных. Мне нужно, чтобы комиссар согласился работать с Фрэнки, чтобы позволить ему взять на себя устранение Капри. Он более чем способен.
— Лука, ты пожертвовал своей жизнью ради этой мафии. Не пора ли тебе забрать то, что принадлежит тебе?
Я смеюсь, бросаю окурок на пол и тушу его своим оксфордом.
— Мечтать не вредно. Пойду проверю Розу.
— Всё ясно без слов, — он бросает мне один из своих обеспокоенных взглядов.
— Серьезно? Как? Может, это ее крики с моим именем у бассейна вчера вечером все выдали? Или наш сеанс у виллы чуть раньше?
Его глаза расширяются, сменяясь одобрительной усмешкой.
— Я впечатлён!
Я пожимаю плечами. — Что сказать, мы последние месяцы тайно встречались. Мы в этом чертовски преуспели. Намного лучше, чем вы когда-то с Мэдди были.
— Ой, отвали.
Дверь распахивается, Фрэнки врывается внутрь и с грохотом захлопывает ее.
— Какого черта ты чуть не убил Данте? — сердито шепчет он.
— Я защищал твою племянницу, Фрэнки, — подхожу к нему, мой нос в сантиметрах от его лица.
— Предлагаю тебе перестать сомневаться в моих действиях, особенно когда я забочусь о твоей семье. Мне не до этого, — я грубо проталкиваюсь мимо его плеча и скольжу обратно внутрь.
— Не надо. Не сейчас, Фрэнки, — отвечает Грейсон.
Ладно, прогресс есть. По крайней мере, на этот раз Грейсон его не ударил.
Я прохожу мимо Данте, который все еще на кухне. Он прижимает пакет со льдом к своему распухшему носу.
Мне насрать, что кто-то из них думает прямо сейчас.
Мне нужно добраться до Розы. Мне нужно знать, что происходит.
Быстро поднявшись по лестнице, я стучу в дверь. Ничего.
— Роза, могу я с тобой поговорить? — я держу голос суровым, на случай, если кто-то подслушивает.
Мария в соседней комнате. Последнее, что мне нужно, это чтобы эта мерзкая тварь вылезла из своего логова.
Дверь со скрипом открывается, и облегчение омывает ее лицо. Я заключаю ее в объятия, пинком захлопывая дверь.
Если Данте вернется, мне нужно знать, поэтому я прислоняюсь спиной к двери и обнимаю ее.
Я целую ее в блестящие красные губы и убираю выбившуюся прядь волос с ее лица.
— Роза, детка. Что там произошло?
Она морщится и пытается отвести взгляд, но я не позволяю ей.
— Ну же, ты можешь поговорить со мной, — он причинил тебе боль? Он делал это раньше?
Ее глаза расширяются, и она быстро возвращает своему лицу прежнее выражение, — Н-нет. Я не знаю, что случилось сегодня вечером.
