Они кажутся знакомыми, но я не могу понять почему. Вероятно, дело в том, что они выглядят вполне по-итальянски. Большинство парней моего отца выглядели именно так.
— Роза, что ты будешь пить? Водку? — спрашивает Джас.
— Только содовую с лаймом, пожалуйста, — я натянуто улыбаюсь ей, надеясь, что она отстанет.
— Боже, ты же не беременна, правда? — задыхается она.
Я замечаю, как парни переглядываются друг с другом.
Качая головой, я хихикаю. — Нет, я просто беру небольшой перерыв.
Джас приподнимает бровь при моих словах.
Я готовлюсь к очередной лекции типа ""ты такая скучная’. Но этого не происходит.
— Боже мой, ты была в рехабе?
Я киваю. Это намного проще, чем объяснять, что я была похищена, влюбилась в своего похитителя и за это время очистилась и избавилась от зависимости.
— Мы беспокоились о тебе. Так что, черт возьми, если выпивка отменяется, мы присоединимся к тебе, — она бросает взгляд на Лив. — Не так ли?
Лив захлебнулась шампанским, ставя бокал на стол.
— Ага. Сразу после этого.
— Все в порядке. Я могу находиться рядом с алкоголем. Я не настолько плоха. Мне просто нужен перерыв.
Я хочу иметь право выпивать без необходимости отключаться и забываться. Пока я не приведу голову в порядок, это пока что невозможно.
— Я схожу за ними, все в порядке! Что вы все будете пить?
Группа делает свои заказы, и я направляюсь к бару. Постукивая своей картой ""Амекс"" по стойке, я оглядываю зал. Все танцуют и смеются. Забавно, когда я пью, у всех такой вид, будто они проводят лучшее время в своей жизни.
Хотя в глубине души я задаюсь вопросом, а сколько из них изгоняют своих собственных демонов?
Мужчина, прочищающий горло позади меня, привлекает мое внимание. Я оборачиваюсь.
— Извините, я Вам не мешаю…
Весь воздух словно высосали из моих легких, когда я сталкиваюсь лицом к лицу с ним. Его янтарные глаза пожирают меня, губы растянуты в похотливой ухмылке. Этот шрам, идущий вдоль его левой щеки. Лицо, которое преследует меня.
Данте. Мой обидчик. Мой насильник.
Мой кошмар.
Сердце бешено заколотилось в груди, когда я пятясь, двинулась обратно в бар.
— Нет, нет, нет. Этого не может быть, — мой голос дрожит.
— Неужели так ты встречаешь меня? После стольких лет, моя Роза, — от его глубокого итальянского голоса желчь подступает к моему горлу. Даже сейчас, спустя шесть лет.
— Отойди от меня, Данте, — выплевываю я, сдерживая слезы. Надо убраться от него подальше. Заметив выход слева от себя, я бросаюсь к нему.
