Вздохнув, продолжил:
— Человек должен повелевать магией, а не она им. Так записано в имперском кодексе магии. За всю историю Империи было двадцать три случая, когда Тьма завладевала человеком. Двадцать два из них казнены или убиты при сопротивлении. Когда Тьма завладевает человеком и множится на его тайные страсти, скрытые дурные склонности, обиды, ненависть, вытащенные на поверхность ею же, — с ним не церемонятся.
Замолчали оба. Мэтр Сарттас осторожно продолжил.
— Вы можете ей помочь. Просто уйдите. Она со временем переживет, но станет только сильнее.
Просто это магия Изначальная и не нам бороться с ее законами. Я не могу рассказать всего этого миссе Нокте — ее душевное состояние может только усугубиться. Порой я даже жалею, что не выучился на целителя душ. Но Вы, ваша Светлость, если она действительно дорога Вам…
Бред, бред, бред! Ронард просто ушел, не дослушав. Да что может знать этот молодой преподаватель? Ну да, Тьма и Свет Изначальные ныне редкость, кому знать, как с ними управляться. Ронард сам перелопатит всю библиотеку, найдет дневники темных магов, поймет, что делать.
Но отказаться от милой доброй Сойры?"
"Он окружил Сойру тройной заботой и вниманием, сопровождая ее всюду, не обращая внимания на косые взгляды. Когда она была с ним, ее глаза лучились прежней теплотой. За ночь, проведенную каждый в своей комнате, она охладевала. Все чувства ее обострились, будто вывернувшись наизнанку. Стоило кому из сокурсниц заговорить с Ронардом, как Сойра обрушивала шквал обвинений на обоих.
Даже кроха неуверенности в женихе оборачивалась жгучей ревностью. Она пристально начала следить за всем, что делал Ронард, накручивая себя, надумывая разные его грехи. Нежная улыбка давно сошла с ее лица, уступив место постоянно нахмуренным бровям и подозрительному взгляду. Она неустанно стала требовать его внимания, заставляя проводить рядом не только дни, но и ночи. Ронард с болью в сердце отвергал эти безумные приставания, стремясь соблюсти ее невинность, потому что уже понимал — они не будут вместе.
Глаза ее обезумели, почернели раз и навсегда. В очередной неудавшейся попытке совратить его, привязать к себе, Сойра взорвалась ревностью и злостью, и черное пламя тьмы Изначальной вырвалось из нее, сжигая и развоплощая все на своем пути. Сил Ронарда хватило лишь на то, чтобы спеленать ее своей белой магией и отнести в больничный блок.
Утром же Ронард по совету мэтра Сарттаса покинул Академию. Он вернулся через два месяца, к полугодовому экзамену.
