Двери не шелохнулись.
— Не, погоди, так грубо только на обычных замках работает. На магических поделикатнее надо, не прямым приказом, а завуалировано. Помнишь, Мекса объясняла, как Праязык работает? Ну-ка…
— Det er ingen lukket dorer for meg! **
Ни Тьма, ни Свет, наложенные на слова, не сработали. Попробовала без заклинаний — и сырым черным пламенем, и скимитаром. Велела тени-двойнику просочиться под дверью — тоже бесполезно. И с чего мы взяли, что двое первокурсников так запросто справятся с работой имперских магов?
Манс презрительно смотрел на наши потуги, сидя под дверью.
— Гхр-ретч, — пробурчал он, когда мы наконец исчерпали все варианты.
Толкнул лапой створку и беспрепятственно вошел в архив. Мы с Хельме обалдело переглянулись.
— Да как он так?.. Я же явственно защиту вижу!
— И я вижу. Но он проводник, Хельме, у него своя магия. Вспомнил наконец об этом.
Манс обернулся — долго вас ждать-то? Пошли за ним.
Стеллажи под потолок, по четыре метра в высоту. Стройными рядами уходят далеко вглубь помещения.
Сухо и довольно прохладно. Окон здесь нет, зато магических светильников предостаточно.
— Что ищем, Дин?
— Пятьдесят третий. Сот-Кангама, Нит-Истр, Ровель. Хроники, метрики, донесения — все тащи сюда на стол. Не знаю, по какому оно тут принципу хранится…
— Ага, понял. Это год, когда ты в приют попала? А Сот-Кангама и Ровель тогда причем?
— Да так, тоже кое-что проверить надо…
Я пока разместила на столе копирку, чистые листы, налила чернил из припасенного пузырька.
Балахон накинула на плечи, прохладно тут. А Хельме уже тащил стопку толстенных амбарных книг. Все перечисленные вампиром даты, названия и имена я не запомнила, только первые. Вот, донесения из Сот-Кангамы. Мельком глянула на принцип изложения — сухие факты короткими строчками, разбитые по дням. Это хорошо, что не пространные сплошные тексты летописцев. Те любят, чтобы поэпичнее, да еще своим мнением обязательно с читателем поделятся. А в хрониках все четко:
6-е марта: окончено строительство храма Хороса Храброго.
Денег из казны потрачено 18.396 эйрат, да еще 3.780 эйрат сверх того пожертвовано горожанами. Обещанный шпиль построен не был, начато разбирательство о растрате. Южную окраину засыпало снегом, да так, что люди из домов не могли выйти.
7-е марта: У городского магистрата взбесилась лошадь, подавила народ, умерших нет. Торговая палата заключила с Його соглашение о поставках альтанского мрамора.
