Глава 18
Дансо
Пусть магия Леса ушла из земель Кеи ровно с того момента, как астарх выменял их на мою относительную свободу, за три без малого месяца там мало что могло бы измениться само по себе. Но самаконцы расстарались. Плодородная земля, прежде без всякого порядка родившая буйную зелень, теперь стонала под плугами, нещадно бороздившими ее. Много ли можно вырастить в степях и пустынях Самаконы: вот и замыслили даром доставшиеся земли под свою житницу.
Повсюду валили многовековые деревья, унварты только стискивали зубы, смотря на это непотребство.
— А рубить-то зачем? — мне передалась боль Мексы при виде творившегося зверства.
— Корабли, — коротко пояснил помрачневший Анхельм. — Раньше древесину закупали в Империи. Втридорога, да, и мы хоть как-то могли объемы контролировать. А теперь… вот.
Ронард согласно кивнул, признавая за Хельме способность на редкость здраво оценивать происходящее. Помимо обеспечения нужд военного и торгового флота, древесина у южан также считалась предметом роскоши. Мебель из нее могли себе позволить только богачи, остальные довольствовались камнем и глиной.
Вот чего в Самаконе водилось в избытке, так это песка, но из него разве что построишь…
Заметно занервничали и ящерицы-огли, поначалу они подчинялись все неохотнее, а в один момент и вовсе уперлись лапами в землю, отказавшись идти дальше. Чудесных животных пришлось отпустить и те стремглав бросились обратно, в привычные места обитания. Распрощались и с унвартами, они пошли своими тайными тропами к месту переговоров, нам же светиться лишний перед послами было ни к чему.
Впрочем, самаконцев все равно не избежать. Но в ближайшем городе Дансо, еще до недавних пор считавшимся пограничным, хотя бы проще будет затеряться. Встреть кто нашу компанию здесь, еще в лесу, но уже на чужой территории, вопросов было бы не избежать. И там, по крайней мере, можно будет разжиться лошадьми и переночевать по-человечески, а не в вырытых норах под брюхом оглей, пусть даже таких теплых и безопасных… Так что оставшийся путь до Дансо проделали пешком, вышли к его воротам вечером.
Бывшую границу Самаконы и Леса узнать было легко. Словно незримая черта отделяла лесную зону земель Кеи от степи. Степь тоже зеленела и подсохшей травой, и пестрела цветами, но в один момент словно выключили само понятие высоты. Лес высился многими ярусами, а здесь все растущее стелилось низко-низко, немногочисленные кривые деревца и те стремились согнуться пониже, а взору открылся бескрайний горизонт.
