Так мало времени было — неполные три дня прошли от недоразумения в дворцовом архиве, внезапного признания и умопомрачительных поцелуев с выплеском Света до помолвок с совсем другими людьми. А вот уже прошло два месяца, еще через два — его свадьба. Кто я ему сейчас?
Во вторую ночь мне удалось ненадолго проникнуть в сновидение Ронарда — это были мрачные топи в непроглядном тумане, сам же он бесцельно бродил по гиблым местам. Лишь на пару секунд мы встретились взглядом и сон-сфера снова растаяла. Он болен? Вымотан делами? Или подсознательно бежит от меня?
Греттен никак не комментировал мои ночные бдения, все же разум его был устроен довольно просто.
Говорил отрывисто и коротко: «да», «нет», «хорошо, «плохо». Оперировал несложными тезисами, абстрактных понятий зачастую не понимал. Да и скорее просто транслировал мне свои мысли прямо в разум, где они складывались в понятные слова, нежели разговаривал сам. Вот и гадай, почему с одной только Тьмой в чужие сны было нельзя, а со Светом можно.
По крайней мере, теперь безропотно вел по первому же требованию. Я же буду пытаться и дальше, пока не получу ответа. А пока наведалась еще к нескольким людям.
Манс довольно путано дал понять, что мои возможности в чужих снах-сферах напрямую зависят от подсознательного отношения спящего ко мне. Чем более расположен человек, чем сильнее он мне доверяет, тем проще управлять чужой сферой. И наоборот, в снах недругов я встречу в первую очередь сопротивление, как Греттен тогда стражников во сне Аландеса.
Он их в тот раз запросто разметал хвостом, добавив наследнику новый бессознательный страх и усугубив чувство беззащитности. Но для манса сны — родная стихия. А будь я одна, без должного опыта, — эти стражники скрутили бы меня и поход в чужой сон обернулся бы уже моим собственным кошмаром."
"— Эх, мне такой замечательный сон сегодня снился! — довольно потянулся как-то Хельме за завтраком. — Воо-от такую лакедру вытянул!
Я про себя улыбнулась. Совсем несложно оказалось, оставаясь незамеченной, заставить исчезнуть из сновидения Хельме пару неприятных подростков, видимо, доставлявших ему беспокойство в детстве, и приснить ему огромную желтохвостую рыбину на крючке.
А настроение у друга поднялось на весь день!
Я лишь по разу наведалась во сне к близким мне людям — убедиться, что мне это удалось, а больше не стану. И то было немного стыдно — будто подсматриваю сокровенное. Особенно боялась увидеть во сне Хельме саму себя.
