Ветер шуршит листву, деревья шепчутся между собой, как старые сплетницы.
А по дорожке ко мне идёт Лакомка в легком белом сарафане. Улыбка у жены восхищенная.
— Вау! — оглядывает она меня. — Крылья тебе идут, мелиндо!
— Главное, они пригодятся, — пожимаю плечами.
— Так ты теперь не сможешь лежать на спине? — погрустнела жена и тут уже расцвела улыбкой. — Зато сможем в воздухе!
— Спать в воздухе неудобно, — замечаю.
— А я вовсе не про спать, — и одаривает меня даже не лукавой а плотоядной улыбкой. Ее глаза, устремленные на крылья, буквально горят.
Мда, похоже, у моей хищной жены-оборотницы проснулся инстинкт на охоту пернатой добычи. Только вот филин тоже хищник.
Я притягиваю жену и целую в губы, и она забывает как дышать. А когда все же вспоминает выдыхает:
— Мелиндо, я выбрала, кто из девочек отправится с тобой на дуэль в Херувимию, — сообщает она поцеловав меня в щеку. — Настя, Красивая и я.
— И ты? — поднимаю бровь.
Она вскидывает подбородок:
— Я же твоя главная жена. А эта дуэль — важное мероприятие.
Ты будешь сражаться с Огранизатором, пускай и отстраненным, к тому же там будут присутствовать влиятельные лорды. Как я могу не поехать?
Права альва, конечно. Дуэль политически важная, и внимательная главная жена на зрительных трибунах вовсе не помешает, а наоборот.
— Вы уже подтвердили Лунокрылым и Краснопёрым, что я согласен? — уточняю. — С учётом наших условий?
— Ага, — кивает Лакомка. — Дом Лунокрылых отпишет тебе владение в Херувимии.
Значит, Димирель согласился-таки.
Поразмыслив, я потребовал в качестве ставки от Лунокрылых вовсе не сокровища и не редкий артефакт из хранилища. В первую очередь мне нужно не золото, когда я строю межмировое королевство.
Мне нужна земля.
Если я побеждаю на дуэли, лорд Димирель отдаст мне усадьбу рядом с Демонской Стеной. Небольшкю, как оказалось, но главное, что мы закрепимся в закрытом мире Херувимии, а экспансия — дело наживное.
Ну что ж, раз Лунокрылые согласны, нечего резину тянуть. Дуэли быть."
"— Слушай, — говорю, — а давай и Великогорыча с собой возьмём?
Лакомка моргает:
— Булграмма?
— А что? Ему смена локации на пользу.
Пусть развеется наш воевода, разворошит тамошний этикет.
Лакомка смеётся, звонко, весело:
— Ну ты и добрый, мелиндо.
Киваю, приобняв альву. Связь-артефакт в кармане внезапно вибрирует. Не отпуская жену, достаю побрякушку; Звонит уже подзабытый турбопупс. В последнее время со мной от лица Организации все чаще работает именно Масаса.
— Привет, малыш.
