Когда поднимаемся на балкон, я непроизвольно останавливаюсь. А Красивая вообще приоткрыла клыкастую челюсть. Вокруг раскинулись изумительные сады, сияющие живым светом, и высокие стройные башенки.
Спускаюсь вниз, чтобы рассмотреть всё получше, да натыкаемся на фонтан. В центре — мраморный атлет с моим лицом, и струя воды бьёт откуда-то из-за плеча. Ну надо же.
— Ваше Величество! — по ступеням дворца сбегает Зела, поправляя съехавший на груди ремень, за которым ничего нет. — Вы уже прибыли, а что же меня не позвали?
— Ничего себе… — выдыхаю я.
— А вы, случайно, не перестарались?
— Вам что-то не нравится, мой король? — встревожилась воительница.
— Да нет, — я поднимаю с пола челюсть. — Если вам так хочется, то зачем мне спорить. Да и уже построено, не сносить же… Кто главный архитектор этого ансамбля?
— Кораблеон! — зовёт она.
Появляется альв. Худой, с завитушками волос и выражением лица «да, я гений, обоснуй иначе».
— Ваше Величество, — слегка кланяется он, вернее, лишь намечает поклон, что явно не понравилось Зеле.
Ну а я не гордый, да и вообще этот парень уже построил целый фонтан с моим лицом — хватит с него поклонов.
— Сир архитектор, ты где так строить научился? — интересуюсь, оглядывая башенки вокруг.
Он гордо восклицает:
— Я самородок!"
"— Ага, значит, подсматривал у других, — киваю с пониманием. — Знакомый метод, сам использую. Слушай, а построишь в Рю-но-Сиро такой же сад? Да и башенок побольше.
Кораблеон заносчиво хмыкает:
— Такой же не построю.
Я не ремесленник, я творец, и каждое моё творение — уникальное.
— Корабле-о-он, — Зела протягивает с предупреждением.
— Ну ладно, не прям такой же, — соглашаюсь. — Но чтобы не зазорно было принять даже Императора Японии.
— Это смогу, — задирает нос архитектор.
Прикольный парень. Думаю, мы поладим.
Откуда-то из-за изгороди раздаётся детский смех. Прислушиваюсь, заодно и щупы расбрасываю, и вот то, что они находят, уже мне не нравится.
Ничего не говоря, иду на звук смеха, альвы и Красивая — следом.
В саду раскинулась купальня с широким прудом. Вроде всё нормально: альвийские дети бултыхаются, визжат от радости, вода плещется, солнце бьёт в глаза.
— Ваше Величество, — Зела смотрит на моё серьёзное лицо. — Что-то не так? Тут просто дети. Если вам они не нравятся…
— Да нет, не в них дело, — подхожу ближе к воде, затем огибаю купальню, не забывая о спутниках. — Оставайтесь на месте. Вы можете его спугнуть.
