Вдруг вундеркинд какой-нибудь пятнадцатилетний, а вундеркинда для переписи историй ему было не надо…Тем более в цветущем пубертатном периоде…"
"Брюнетка крупно вздрогнула всем телом, будто сунула пальцы в розетку, и подняла на него испуганные, как у олененка Бемби, глаза.
— Мне? — сипло выдавила из себя девчонка.
— Нет, забудьте, — пробормотал Соболев, отмахиваясь.
С такой пугливой барышней с собой нашатырь всегда носить надо, а у него карманов лишних нет. Настроение испортилось. Что ж так сложно то, а? Может, привыкнет…Ладно, вернемся к робкой лани, если с последней всё ещё хуже.
Соболев перевел уже мало чего ждущий взгляд на блондинку и невольно замер, всретившись с ней глазами. Девушка, точнее, уже женщина, смотрела прямо и с потенциальным уважением, но без намека на игривость. Открытое круглое лицо, мягкие, но выразительные черты, на в меру полных губах застыла едва заметная полулыбка. Примечательное лицо. Вызывающее доверие у собеседника и какое-то странное, щемящее желание вывернуть душу и рассказать все, что наболело.
По-простому поплакаться. Желательно вот прямо на этой точно мягкой груди. Соболев сморгнул, пытаясь избавиться от совсем неуместных образов. Для акушерки, конечно, идеальное качество…Быстрый взгляд на руки- кольца нет…Не носит? Почему-то сложно было представить её не замужем. Даже без троих детей сложно. От последней кандидатки буквально веяло уютом, борщем, детьми и пирожками. Этакая славянская богиня плодородия, всем своим видом уверяющая, что родит и выкормит здоровое потомство.
— А вам сколько… — запнулся, думая Тоня или Люба.
— Люба, — подсказала ""богиня борща"" волшебным грудным голосом.
Ох…ещё хуже…
— Люба, — повторяя, нахмурился Сергей.
Он не мог решить, готов ли целыми днями слушать на работе этот густой будоражущий тембр из ""секса по телефону"". Впрочем, учитывая темы, которых они будут касаться, возбуждающий эффект должен быстро сойти на нет. Уж больно не вяжется с анализами и патологиями.
— Мне тридцать пять, Сергей Иванович, — спокойно и с достоинством ответила Любовь.
Соболев сощурился, сканируя кандидатку. Нет, кокетства точно не было.
— Замужем?
По миловидному лицу Любы пробежала едва заметная тень, но она быстро смахнула её мягкой улыбкой.
— В разводе.
Сергей выдохнул. Кажется, понятно. Из этих, из обиженных. Что ж…Ему даже на руку…
— Как-то поздно для ординатуры, Люба, — сам поморщился от столь некорректных вопросов, но должен же он знать, кого подпускает к своим историям.
