Мереуин уверенно добралась до первой нок-реи, подтянулась, упираясь ногами в опасно раскачивающуюся поперечину веревочной лестницы, и по примеру матросов прижалась к рее, прислушиваясь к ритмичному похлопыванию тяжелых парусов. Бросив с салинга взгляд вниз, она обнаружила, что оказалась гораздо выше, чем воображала, и почти не видит отчаянных жестов боцмана и не слышит его криков. Крепко вцепившись в натянутый фал, выгнула шею, приглядываясь к месту дозорного высоко над головой, откуда высовывалась изумленная квадратная физиономия матроса Аскью.
Действительно, высоковато, нерешительно подумала она, глядя вверх на непрочный насест Аскью. Ну, все равно, раз уж она тут, почему бы не полюбоваться видом?
«Горянка» шла на северо-восток, море было спокойно, солнце сияло, и Мереуин была немного разочарована, озираясь вокруг и ничего не видя, кроме уходящей далеко за горизонт синей глади вод. А что она, собственно, ожидала увидеть? Сверкающие впереди меловые утесы Дувра? Пройдет еще не одна неделя, прежде чем покажется земля, и глупо было бы надеяться на другое.
Карл Уилсон ошибся, утверждая, что это будет неимоверно трудно – залезть наверх. Малькольм начал обучать ее лазить по деревьям, едва она выросла из пеленок, и они взбирались на самые огромные лиственницы, росшие в долине Керндаха. С каждым разом она все меньше и меньше боялась высоты. Правда, на такой высоте она не оказывалась уже много лет, подумала Мереуин, но этот опыт взбодрит ее.
Кроме того, испытания, выпавшие на ее долю за последние несколько месяцев, вполне оправдывают даже такой безумный поступок."
"Поднявшаяся на палубе суета заставила девушку переключить внимание на Карла Уилсона, лихорадочно размахивающего руками и кричащего что-то Дэвиду, который вышел посидеть на палубе и теперь с изумленным выражением на веснушчатой физиономии смотрел вверх на нее. Неплохо живется парнишке, почти с материнской нежностью подумала Мереуин и небрежно махнула ему.
Да, она очень привязалась к Давиду, и лишь одно может поставить ему в укор – стремление постоянно таскать то да се благородному лорду Монтегю, словно юнга признал маркиза своим господином.
Снова посмотрев вниз, Мереуин заметила, что Дэвид исчез, решила вдруг, что с нее хватит, и начала спускаться, сперва осторожно, нащупывая маленькими ступнями петли, потом заскользила проворно, как обезьянка.