В туалет я ходила, пользуясь небольшим фонариком. Иногда под него читала, если не получалось уснуть. Книги — хороший способ не думать о Самире. За эти две недели я ни разу не слышала, чтобы он поинтересовался, как у меня дела. Я не должна о нем думать. Пусть он и не враг, в чем я убеждалась все больше, но точно и не мужчина, с которым я хочу быть!
Все, не думай о нем! Есть проблемы поважнее.
Несколько дней наедине с Валидом…
Все это время, он меня не трогал, делал вид, что не замечает. Я понимала, что теперь все изменится, нам придется начать общаться.
На душе было тревожно.
Глава 18
Лея
Подъем здесь всегда ранний, но я могла позволить себе не выходить к завтраку. Обычно мужчины меня не звали, думали, что я еще сплю. Появлялась я в кухне, когда они отправлялись в лес или на рыбалку.
Сегодня я поднялась с первыми лучами солнца. Петра не будет несколько дней и мне хотелось приготовить ему завтрак, собрать немного продуктов с собой. Уверена, мужчины бы справились и без меня, к этой жизни они были лучше приспособлены, чем я.
Внутренний голос каждый день напоминал, что все мы здесь по моей вине.
Устала от тишины и затворничества, а может просто начала адаптироваться к новым условиям жизни. Никогда не поздно наладить общение, которое возможно приведет к тому, что я выясню всю правду о смерти мамы. Они наверняка знают больше меня.
С моей стороны это был шаг навстречу мужчинам. Захотелось как-то дать понять, что я испытываю не только досаду, но и благодарность, ведь вынужденное пребывание здесь им вряд ли в радость.
Валиду точно тут не комильфо. Он каждый день бегает в горы, а затем колошматит вместо груши стволы елей — сбрасывает негатив. Сейчас я понимала, что мужчины ради моей безопасности пошли на этот шаг. Если я хотела получить больше информации, необходимо было добиться того, чтобы они мне доверяли.
В доме мужчины никогда не обсуждали дела, но как-то выйдя на крыльцо я услышала обрывок фразы.
— Он пожалеет, что стрелял в Чеха, — тогда мое сердце пропустило удар, но всматриваясь в суровые лица, не заметила на них расстройства.
Долго я еще прокручивала эти слова в голове. Возможно, этот разговор был о том времени, когда мы еще не были знакомы Самиром. Да и помня его в деле, переживать нужно не за Чеха, а за других.
— Лея, ты чего не спишь? — вошел в кухню Петр. Увидев накрытый к завтраку стол, удивленно поднял брови."
"— Не спалось, — мягко улыбнулась. Не признаваться же в том, что все это время вставала рано, но не хотела к ним выходить.
