"
"Головорез, который был свидетелем моего принуждения к браку и дал за меня согласие во время церемонии, всю дорогу бросал на меня злые взгляды в зеркало дальнего вида. Я пыталась его игнорировать. Старалась думать о своих родных. Как там Аза, дядя Ахмад? Интересно, если я сбегу, меня примут назад? Или я уже считаю опозоренной и не могу вернуться? Никогда не пыталась вникнуть в обычаи и традиции моей дальней родни, а надо было. Неплохо было бы раздобыть телефон и спросить.
— Скажи уже, что у тебя на уме, а то скоро зубы у тебя во рту раскрошатся.
— невозможно слышать этот скрип! Мне будто нервы без анестезии удаляют.
— Язык длинный, а ум короткий, — пренебрежительно бросил головорез и больше не смотрел на меня. Вот и хорошо. Не стала спорить, пусть думает, что хочет. Это даже к лучшему, что они меня недооценивают. Говорить мне с людьми Чеха совсем не хотелось.
В салоне работал кондиционер, а я не была этому рада. Мерзла и куталась в пиджак. Это нервное. А как не нервничать, когда не знаешь, что будет завтра…
Куда меня везут? Что со мной будет?.
.
Огромный особняк не произвел на меня впечатления, в прошлой жизни я их много перевидала, сама жила почти в таком же. У дяди жилье намного скромнее, но я бы многое отдала, чтобы вернуться в его семью. Несмотря на странности многих домочадцев, в доме дяди обо мне заботились и пытались защитить, как могли.
— Стой здесь! — приказал головорез и куда-то ушел. Я отметила, что в доме полно охраны. Весь забор по периметру увешан камерами наружного наблюдения.
Чех боится за свою жизнь…
Оставшись одна в гостиной, я решила немного осмотреться. Огромная плазма на полстены висела над электрокамином. Темная и светлая мебель удачно сочетались с кремовыми занавесями. Вместо картин на стене фотографии. Подошла, чтобы рассмотреть.
Никого на снимках я не знала. В основном мужчины. И что они тут делали? Почему нет фотографий членов семьи: родителей, сестер, братьев?
Один снимок заставил сердце пропустить удар.
Я увидела фото не сразу, оно находилось в конце галереи.
Что делает тут этот снимок?! Сердце обливалось кровью, когда я смотрела в родные глаза. Подошла и сорвала со стены. Разбила рамку, достала фото отца, прижал к себе, упала на колени и разрыдалась.
Глава 4
Чех
Решил не ехать с ними домой. Мне все равно придется отчитываться перед начальством за сегодняшнюю перестрелку. Нужно всех министров успокоить, чтобы не нагружали подчиненных ненужной работой.
