По его виду, я бы и не сказал, что он особо переживал из-за них. Как будто знал, что они не вернуться. Но ведь он так сильно привязан ко всем своим людям.
И что самое интересное — это цель бунтовщиков. Истребив род Засекиных, они получают новую власть в крепости. Выгодную им. Значит, кто-то еще из аристократов знает о той деревне, созданной Олегом и бароном Стрельниковым.
И это именно благородный, потому что другому никому не занять трон в замке. Как он рассчитывал получить его? Выборы среди людей здесь никто не проводит.
Только голосование внутри совета. Значит ли это, что большинство людей в совете знали о предстоящем бунте?
Вопросов как всегда больше, чем ответов.
Двери зала снова распахнулись и в них вошел Ваня, который телекинезом нес перед собой еще одного связанного пленника.
— Вот, — он положил его рядом с первым. — Второго я догнать не смог. Слишком быстрый.
— Что ж, это хоть что-то, — поморщившись сказал Свят. — Двое у нас, двое сбежали и девять мы убили. Если их было тринадцать, то это число и правда несчастливое.
— Несчастливое для кого? — горько усмехнулся Джарек. — По-моему у них все получилось. Вся семья Засекиных мертва. Вот кому сегодня не повезло.
— Вообще-то княжич жив, — произнес Ржевский, тут же собрав на себе взгляды всех.
Глава 17
— Что значит жив? — сурово спросил Ратибор.
— Где он сейчас? — задал еще один вопрос Крупский.
— Да уж, — выдохнул Джарек.
Ржевский немного сконфузился, но потом собрался с мыслями.
— Хорошо и надежно спрятан, — ответил он.
— Когда княжич сбежал от Никиты Сергеевича, за ним погналось не меньше трех одаренных. Мои витязи успели броситься им наперерез, но маги всех перебили. Хорошо появился одаренный из цитадели. Он один победил троих. При этом был тяжело ранен и, практически сразу после битвы, скончался. Так мне удалось увести княжича и оставить его там со своими людьми.
— Значит, Фома погиб как герой, — вдохновленно произнес Ваня.
— Именно, — кивнул Ржевский.
— Как вы могли оставить княжича одного? — взревел Крупский.
— Где он? Ведите меня к нему! Немедленно!
— Простите, Никита Сергеевич, но вы уже один раз попытались защитить мальчика, — ткнул в него указательным пальцем Ржевский. — И мы чуть не потеряли последнего Засекина. Сейчас он под огромным количеством моей охраны. Угроза миновала, все нападавшие разгромлены.
Побагровевший Никита Сергеевич зло дышал.
— Нужно немедленно созвать совет и посадить мальчика на престол, — морщась от злости сказал он.
