Признаков жизни было не видно.
— К-как… — запинаясь произнесла Соня. — Как такое могло произойти?
— Похоже кто-то решил закончить жизнь князя в этом мире, — задумчиво проговорил Ратибор, поднимая голову наверх.
Там на высоте пятнадцати метров был балкон, на котором часто стоял князь. Именно на нем мы с ним и разговаривали в последний раз.
Но Ратибор там ничего не обнаружил. Как, впрочем, и я. Я еще раньше посмотрел туда, практически сразу после падения. Людей там не было и «орлиным взглядом» я ничего не видел.
Возможно, я сделал это слишком поздно и Ратибор и в этом был прав.
Все мои подручные, как назло, находились вдали от этого места. Никто не видел, что там произошло. Я приказал им разбрестись по замку и искать, что угодно подозрительное. Особенно в этом были полезны коты, потому что обладали хоть каким-то интеллектом и имели доступ практически во все помещения замка. Таракашки и пауки в этом плане были куда более гибкими, но что имеем. Ставку я делал на котов.
— Ой, да брось, — усмехнулся Свят.
— Кому он был нужен? Занять его место? Да эта крепость никому не всралась. Тут же руины. Уйдут годы на ее восстановление. Князь понял, что не справится, вот и свинтил.
— Боюсь, что Свят прав, — тихо сказал одарённый Ваня. — Больше похоже, что князь свел счеты с жизнью. Так проще, чем нести ношу восстановления. Еще и эти нападения постоянные.
— Как не вовремя он, — сжал кулак Ратибор.
— Ага, — снова усмехнулся Свят. — А то все остальные самоубийства приходятся всегда кстати.
Ладно, нам тут делать нечего. Сами разбирайтесь. Пошли, ребят."
"Уводя за собой одаренных, он пошел в замок, из которого уже выбегали придворные, включая командира стражи Крупского и Ржевского-старшего.
Начали ахи, вздохи и причитания. Тело князя поспешили накрыть белой простыней и занести в замок. Ратибор пошел следом, а остальным погонщикам ничего не оставалось, кроме как пойти в амбар.
Соня уходить не торопилась. Она нежно смотрела на меня.
— Мне кажется тебя нужно показать лекарям, — закусив губу, сказала она.
— Да брось, — отмахнулся я. Раны и правда были не так велики, чтобы из-за них переживать. Но делать вдох было по-прежнему затруднительно.
Я опустился свой взгляд вниз и осмотрел всё «орлиным зрением». Точно перелом. Три ребра сломаны.
— Я настаиваю, — назидательно сказала Соня.
Теперь уже я не возражал.
В лазарете, пока меня лечили лекари, она куда-то ушла с самым главным из них. Процесс заживления шел медленно.
