Тем более раз и денег за свою работу не хотят. Пускай вкалывают на благо города. Да и свои люди никогда не помешает. Не всё же тараканам всю работу выполнять — многое им просто не доверишь.
— Идите и разбирайте завалы, — сказал я.
— Пожалуй, для такой пыльной работёнки наш профиль великоват, — пожал плечами Копь.
— А говорили, что на любые поручения готовы, — усмехнулся я. — Ничего не знаю. Раз вызвались, значит, делайте. Или больше не попадайтесь мне на пути.
Рупь и Копь растерянно переглянулись. Вся спесь с них мгновенно сошла.
— Вообще-то мы думали заняться чем-то полезным для вас, — пролепетал Рупь.
— Вот и занимайтесь, — кивнул я. — Самое полезное, что вы можете сейчас сделать — это помогать людям.
Они-то небось рассчитывали, что я их сейчас долги выбивать отправлю. Или устранять неугодных. Но не на того напали. Пускай приносят реальную пользу.
Амбалы потоптались еще немного, а потом, бросив: «Ну мы пойдем!», удалились. Странные товарищи.
А вообще им надо бы премию выписать, за защиту крепости.
Странно что они сами об этом не напомнили. Надо будет сказать об этом князю. Все, кто помогал сдерживать натиск гриммеров у ворот и участвовал в вылазке несомненно достоин награды.
У входа в замок на лестнице снова надрывался глашатай перед прилично скопившейся толпой людей.
— Князь! Вот кто виноват во всех этих смертях! — возвещал он. — За его блуд и грехи, мы все отдуваемся. Семигар всё видит, и обязательно воздаст ему по заслугам. Он отправил детей на стену, чтобы они защищали его срамоту.
Если князя не будет, то и нашествия прекратятся.
Вот тебе и приехали. Так они и до бунта дойдут. Народ тоже хорош. Вместо того, чтоб раненным помогать, они какого-то психа слушают.
— Вы не хотите разогнать это представление? — спросил я у стражников.
— Приказа не было, — лениво отозвался один из них.
— То есть бунт вас не смущает? — спросил я. — Думаете, кого отправит князь чтобы его разгонять?
— А что? Я даже согласен с ним, — подал голос второй стражник. — Князь всех гувернанток в замке перетрахал.
И еще до многих баронесс своим членом дотянулся. Ему ведь не откажешь никак. А бастардов сколько наплодил? Грешный он. За его грехи маемся.
Так понятно. И эти сошли с ума.
Я направился сразу к князю, хоть меня там и не ждали. Благо и повод нашелся сам собой.
Паучки сообщили, что он находится на верхних этажах, на одном из балконов. Туда я и направился.
Застав их вдвоем с женой, Еленой Петровной, я остановился в дверях. Они меня не видели.
