Кормят только паршиво и яда нет, — вздохнул брат.
— Да, но его не разрешено проносить. Потерпи.
— Не будешь ругаться? — вскинул брови Роберт.
— На счет чего? — удивился я.
— Что я неразумно себя вел.
— Какая мне разница, как ты себя ведешь со своей возлюбленной? — не понял я.
— Ну, я же в итоге попал сюда, — пояснил Роберт, косясь на меня.
— В тюрьме ты оказался из-за моей работы, а не из-за своей любви. Сейчас я веду дело…
Брат громко вздохнул, прерывая меня.
— Что? — удивился я, всматриваясь в него.
— Значит, Морель здесь ни при чем?
— Нет, конечно. Как ты вообще пришел к таким выводам? И еще работаешь следователем. У тебя есть раскрытые дела?
— Не язви. И так плохо.
— Лезть в ваши отношения я не собираюсь, выйдешь отсюда — и разберетесь сами. Но ты своим поведением дал преступнику идею, а точнее — он воспользовался обстоятельствами.
— Посвящать меня ты не будешь?
— Нет. Тайна остается тайной, только если ее знает один человек.
— И как тебя терпит Анна? Идеальная женщина!
Улыбнувшись, я согласился.
— В кой-то веки ты прав. Кстати, что передать маме?
Роберт застонал.
— Она знает?
— Конечно. Об этом писали в газетах. Она очень обеспокоена. И спрашивала, хорошо ли ты питаешься.
Брат кисло на меня посмотрел.
— Плохо, но ей не говори.
— Хорошо, сам пообщаешься. Ты скоро отсюда выйдешь. А пока у тебя есть время подумать, — заметил я, вставая. Время свидания подходило к концу.
— Ты ее увидишь? — спросил Роберт.
Притворяться, что его не понимаю, не стал.
— Увижу.
— Как она там?
— Получила большое наследство, так что думаю, что неплохо. Более детально узнаешь сам.
Вмешиваться в личную жизнь брата я не собирался, мне своей хватает. И, вспомнив об Анне, я улыбнулся. Надо сходить навестить ее, отдохнула — и хватит.
* * *Мисс Анна Аркури
Из-за треволнений чужих отношений я незаметно для себя успокоилась, и встреча с шефом перестала навевать ужас. Осталось смущение, необходимо было многое переосмыслить, но одно я знала точно: не хочу, чтобы змейс исчез из моей жизни.
Что угодно, только не это.
Конечно, надо решить…
Тут мои мысли прервал стук в дверь. Нахмурившись, я направилась открывать. Ну как можно страдать из-за любви в этом бедламе? Ни одной свободной минуты!
— Кто?
— Анна!
Услышав срывающийся голос, я распахнула дверь, и передо мной предстала заплаканная девушка. Посетило чувство дежавю.
Посторонившись, я пригласила:
— Проходи.
