Впервые за все время службы он позволил себе обратиться ко мне неофициально, хотя и старше меня намного. — А что, если я откажу?
— Значит, приеду завтра снова, — пожал плечами я и отошел к окну.
— Почему именно она? Валенсия совсем не подходит для дворцовой жизни.
— Знаю. Но я люблю ее и я эгоист, не хочу упускать возможность получить недостижимую мечту для монарха. Не сомневайся, она получит всю защиту, какая только возможно. Не позволю двору испытывать ее терпение, как отец позволял с моей матерью. Тогда он заботился о совсем другой женщине.
Некоторое время мы молчали, а потом Тартар тихо произнес:
— Дозволяю заключить брак с моей дочерью.
— Почему? — повернувшись, посмотрел на него я.
Конечно, я рад, что не придется и завтра сюда ехать, но хотелось бы узнать причины.
— Потому что она любит тебя. Не императора, а именно тебя, несмотря на то что ты еще и государь. Цени это.
Улыбнувшись, я склонил голову. Впервые за долгое время — перед кем-то. Сегодня я получил больше, чем рассчитывал.
* * *Лорд Эдвард Сеймур
Его величество был сегодня невероятно доволен, и на это были причины. Получить благословление от Тартара — не думал, что такое вообще возможно.
— Тебя можно поздравить? — полюбопытствовал я, сидя напротив друга в его кабинете и потягивая кофе с ядом.
Запах миндаля обещал непередаваемый вкус напитка, призывал делать глоток за глотком, но я смаковал каждый из них. Утро было непростым и не совсем таким, как хотелось бы.
— Пока рано. Я не спрашивал у Валенсии, согласна ли она.
— Тебе можно отказать? — вскинул я брови.
— Можно. Не хочу, чтобы она выходила за меня по приказу, — нахмурился император. — Твоя помощница говорит, что Валенсия меня любит. Кстати, как она?
— Выпив твое какао, она приняла большую дозу возбуждающего зелья и сразу отправилась ко мне. Закончилось все закономерно. А на утро она сбежала.
— И что теперь у тебя с Анной?
— Пока ничего определенного сказать не могу, она думает.
— Оставлять женщину наедине с ее мыслями опасно, — заметил Эдуард.
— Да, но у меня было время подумать, честно будет дать его и ей. В любом случае я не позволю ей ускользнуть от меня и планирую получить признание в любви, когда она в совершенно вменяемом состоянии. И никак иначе.
— Все или ничего. Узнаю моего друга.
— Ты и сам такой же, — пожал плечами я.
— Что будем делать с ситуацией? Она выходит из-под контроля. Необходимо наказать виновных.
— Накажем. Все развивается, как ожидалось. Ну, почти.
