– В поисках поддержки Карен оглянулась на Тома, но тот смотрел на адвоката, а не на нее.
Теперь Кельвин, похоже, забеспокоился. Карен понимала, как плохо все выглядит.
Том с волнением подхватил:
– Как только полицейские его опознают, они все поймут. Увидят, что его жена покончила с собой. Они уже знают, что Карен живет под вымышленным именем, что на самом деле она не Карен Фэрфилд. Они приходили ко мне на работу, чтобы сообщить об этом.
Карен бросила на него ошарашенный взгляд. Так, значит, Том знал. И детективы знают.
– Ты мне об этом не рассказывал, – заметила она. Но он отвернулся от нее и посмотрел на Кельвина.
– Главное то, что они могут доказать, – спокойно произнес Кельвин. Он подался вперед. – Расскажите мне, что случилось тем вечером, – попросил он. – И, пожалуйста, не забывайте, что я обязан говорить правду перед судом, поэтому не рассказывайте ничего, что может поставить меня в трудное положение.
Карен замялась.
– Я еще не все вспомнила, но кое-что могу рассказать, – ответила она.
И поведала ему ту же историю, что и Тому, умолчав только о пистолете. Но зато она рассказала все остальное вплоть до того момента, как открыла дверь в ресторан.
Когда она закончила, Кельвин некоторое время внимательно ее разглядывал, как будто решая, верить ли ей. В кабинете воцарилась зловещая тишина.
– Чисто гипотетически, мог ли у вас быть при себе пистолет?
– Гипотетически мог, – осторожно ответила она.
– И если этот гипотетический пистолет обнаружат, он может вывести на вас? – в его пристальном взгляде отразилось беспокойство.
Карен купила пистолет нелегально, поэтому он не был зарегистрирован на ее имя. Даже если его найдут, невозможно будет подтвердить, что он принадлежал ей. И на нем нет ее отпечатков, в этом она уверена. Она не касалась его без перчаток.
– Нет, – твердо ответила она.
Кельвин откинулся на спинку кресла, отчего оно заскрипело, и затих, явно погрузившись в размышления. Потом снова подался вперед, положив ладони на стол.
– Вот что мы сделаем, – сказал он.
– Посмотрим, найдут ли они достаточно оснований, чтобы выдвинуть обвинение. Уверен, это случится, как только они опознают убитого. Косвенные улики сильны, так что их будет достаточно. Но доказать обвинение в суде – совсем другое дело.
– Но… – начала было Карен.
Кельвин вопросительно взглянул на нее.
– Что «но»?
– Я не могла его убить, – твердо сказала она и повторила: – Не могла. Не думаю, что я на такое способна.
И адвокат, и муж посмотрели на нее.
