– Возможно, там была не только она, – предположил Дженнингс. – Возможно, кто-то другой был там и подобрал пистолет.
Расбах посмотрел на него и кивнул.
– Да. Нужно достать ордер.
Одним из самых тяжелых испытаний для Тома стало то, что он больше не может поговорить с Карен, когда ему вздумается. Он и не замечал, как привык слышать в течение дня ее голос, обмениваться сообщениями. Она всегда была рядом. А теперь ее нет. Они могут разговаривать, только когда ей разрешат воспользоваться тюремным телефоном, и он не знает, когда и как часто это будет.
Да и не скажешь многого по тюремному телефону. А навещать ее он сможет только в специально отведенные часы.
Ее упрятали. Как точно подходит это слово!
А он дома, один. Тому кажется, будто он сходит с ума, но ей, наверное, еще тяжелее. Заперта в клетке, как животное, с кучей незнакомых людей, совсем не похожих на нее. Людей, которые совершили дурные поступки. Карен ведь не сделала ничего плохого, она только защищалась, не так ли? Но даже если ей повезет и присяжные будут снисходительны, ей придется провести в тюрьме несколько долгих мучительных лет, хотя она была вправе сделать то, что сделала.
А к тому времени, когда она наконец выйдет на свободу… они оба изменятся до неузнаваемости.
Том с беспокойством думает о Бриджит. Боится, что она придет. А он не может позволить себе ее разозлить.
Он надеется, что ей нужна была всего одна ночь, вспомнить старые времена, и теперь она удовлетворится и вернется к мужу. Но едва он успел об этом подумать, как услышал стук в дверь.
Он вздрогнул.
Слишком поздно Том осознал, что должен был переночевать в отеле. Или поехать к Дэну. Нельзя было оставаться здесь, где Бриджит легко может его найти. Нужно временно пожить у брата. Тогда она перестанет приходить. Но Том не уверен, что осмелится, вдруг это приведет ее в ярость и она как-нибудь навредит им с Карен в отместку?
Она видела его машину у дома. Том нехотя открыл дверь. И увидев ее, содрогнулся.
– Ты постриглась, – произнес он, прежде чем успел прикусить язык.
– Нравится? – игриво спросила она.
Ему стало нехорошо. Она сделала точно такую же стрижку, как у Карен. Что с ней не так?! И ее тон ему отвратителен, настолько он неуместен. Том испытывал бы меньшую неприязнь, если бы она честно сказала: «Если ты откажешься со мной спать, я расскажу о твоей жене полиции». Но она притворяется, что у них снова роман, и его тошнит от этого. Ему хочется захлопнуть дверь у нее перед носом и закрыть на засов.
