Том неловко стоял, глядя на нее.
Наконец она достала из шкафчика еще один бокал для мартини и вылила в него из шейкера все, что осталось. Протянула бокал Тому.
Том настороженно посмотрел на него. А потом подумал: к черту. Взял предложенный мартини, молча поднял его в циничном тосте и залпом выпил.
– Том…
Алкоголь сразу же ударил в голову, перед глазами все закачалось, линии расплылись.
– Наверное, тебе лучше уйти, – сказал Том. Попытался сделать вид, что все не так серьезно, как кажется: он хотел, чтобы она ушла, пока он не сказал или не сделал что-нибудь, о чем потом пожалеет.
– Полиция хватается за соломинки. У них нет других подозреваемых, вот они и пытаются повесить все на нее. Но у нее хороший адвокат, – он произнес это медленно, осторожно, потому что понял, что пьян. – Но в конце концов до них дойдет, что это не она. Она сказала мне, что это не она, и я ей верю.
– Том, – повторила Бриджит.
Он тяжело посмотрел на нее. Ему видны очертания ее груди под тканью. Он знает эту грудь. На мгновение его накрыло яркое воспоминание о том, каково с ней было в постели.
Совсем не так, как с Карен. Он постарался не думать об этом.
– Тебе следует кое-что знать.
Ему не понравилось предупреждение, прозвучавшее в ее голосе. Он не хотел слышать ни о каких маленьких секретах, которые Карен могла поведать соседке. И он не хотел, чтобы другая женщина, красивая женщина, с которой у него была эротическая связь, предлагала утешить его, когда он уязвим, как сейчас. От ее близости его охватило возбуждение.
Наверное, из-за алкоголя. У него ослаб самоконтроль.
– Мне кажется, тебе лучше уйти. Пожалуйста, – произнес он, потупившись. Он хочет, чтобы она ушла.
– Тебе нужно это услышать, – сказала она настойчиво.
Здесь невозможно думать; она как будто в центре непрекращающейся перебранки. Карен свернулась в позе зародыша на жестком матрасе в подвальной камере полицейского участка и попыталась отключиться, чтобы пережить эту бесконечную ночь. Вокруг пьяницы и проститутки, вонь невыносимая. Карен старается дышать через рот.
Пока что она одна в камере, но каждый раз, как слышатся шаги и выкрики, возвещающие, что копы ведут новенького, она опасается, что они откроют дверь и подселят его к ней.
Она представляет, как Том лежит один в их кровати, и ей хочется плакать. Если бы только она была рядом, они могли бы утешить друг друга. Но здесь ей не найти утешения.
Глава 35
Том настороженно смотрит на Бриджит.
– Тот вечер, когда Карен попала в аварию, – начала Бриджит.
