— Кажется, кнуты задели тебя за живое?
— Мне трудно не думать о них, если они лежат под кроватью.
— Мне будет очень трудно поверить, что могут существовать склонные к разврату дамы с весьма строгой моралью.
— Я не сказала, что склонна к разврату, я просто попыталась вести себя так, чтобы мы лучше поняли друг друга А что касается моей строгой морали. Знаешь, незадолго до смерти у моей матери были любовники моложе тебя. Я их ненавидела.
Алекс поднялся.
— Почему Ты с самого начала не сказала мне, что ты девственница?
— От этого что-нибудь бы изменилось?
— Не знаю Возможно, что и изменилось бы.
Я не вел бы себя столь жестоко.
У Дейзи расширились глаза.
— Так ты был нарочно жесток?
Упрямые складки вокруг рта Алекса немного разгладились.
Он присел рядом с Дейзи и нежно провел пальцем по ее губам.
— Что же мне с тобой делать?
— Я знаю что; но боюсь, моя идея тебе не понравится.
— Говори.
— Мы можем — я, правда, не знаю, сколько времени ты восстанавливаешься — но, если ты…
— Ты пытаешься сказать мне, что хочешь еще?
— Да, пожалуйста.
Он улыбнулся, но вид у него был несколько встревоженный.
— Хорошо, радость моя Действительно, мне кажется, что после стольких лет воздержания ты должна наверстать упущенное.
Она раскрыла губы, ожидая страстного поцелуя, но Алекс сдернул с нее простыню и заявил, что не станет ничего делать, пока не убедится, что с Дейзи все в порядке Не обращая внимания на ее протесты, он раздел ее догола, сбросил с себя джинсы и ринулся в постель.
Дождь гулко барабанил по железной крыше трейлера, и когда они закончили, Дейзи впервые за несколько месяцев уснула глубоким целительным сном.
На следующее утро, едва они выехали с прежней стоянки, как Алекс начал пилить Дейзи И все потому, что он упустил одну маленькую деталь. Это она виновата — отвлекла его своим очарованием.
— Как я мог! Боже, какой осел! Воистину я заслужил, чтобы жениться именно на тебе. Как я мог подумать, что это ты сделала правильно, если ты за всю свою жизнь не сделала ничего путного.
"
"После нежного волшебства прошедшей ночи его нападки были для Дейзи болезненными вдвойне Когда они впервые встретились, его гнев был ледяным, но теперь, казалось, предохранительный клапан сорвался.
— Ты не могла довести до конца свои объяснения? — бесновался он. — Ну конечно же, нет. Для тебя это было бы слишком логично.
Дейзи моргала глазами и ругала себя за то, что не способна накричать в ответ.