— Все ее же, хозяйку «Золотого петушка» Алевтину Тарасовну Мореву.
— Ну и сочинитель же ты, Толя!
Таран осуждающе покачал головой:
— Леня, ты почему такой упертый? Есть документальное кино, где в компании с Пузырем и Алевтиной Тарасовной ваше сиятельство поднимает бокал за то, «чтобы у вас все было и чтобы вам за это ничего не было». Тост, конечно, заманчивый, но несбыточный. За преступно нажитое надо расплачиваться.
— Сфабриковать можно любой компромат.
— А зачем?.. Отвечать за преступление, должен тот, кто его совершил, а не подставной козел отпущения.
Давай не будем тянуть резину. Кто из твоих здешних соседей просыпается рано, чтобы пригласить их в понятые?
— Здесь все спят до полудня.
— Ну что ж… Нарушать господский сон не станем. — Таран повернулся к стоявшему рядом Фомичеву: — Володя, съезди с Федей Жильцовым за шахтерами. Они, чтобы прокормиться, встают спозаранку. Пригласи парочку смелых мужиков, которые милиции не боятся.
Фомичев молча направился к оперативной машине. Кетькалова словно укололи:"
"— Да вы что?! На полном серьезе хотите проводить у меня обыск?
— Разве мы похожи на несерьезных людей? — в тон ему будто удивился Таран.
— Это беззаконие!
— Не волнуйся, Леонид Юрьевич, все будет по закону. Чего ты испугался?
— Пугаться мне нечего. Я возмущен! Если вы не церемонитесь с начальником вневедомственной охраны горуправления, то представляю, как ведете себя с простыми гражданами.
— Точно так же. Наш церемониал регламентируется уголовно-процессуальным кодексом, а он одинаков для всех.
Ты же, начальник, не с луны свалился и должен знать прописные истины уголовного права.
— Я знаю не меньше твоего!
— Вот и прекрасно. Если мы заблудимся в правовых вопросах, подскажи, чтобы не перегибали палку.
— Так вы и послушаетесь моей подсказки.
— Послушаемся. Чего ты прежде времени икру мечешь, будто на воре шапка горит.
— Иди ты знаешь куда…
— Знаю, но не пойду, пока обыск непроведем.
Глава XXVII
Фомичев вернулся сравнительно быстро с двумя пенсионного возраста мужчинами.
Выслушав прокурорское наставление о правах и обязанностях понятых при обыске, один из них — со следами въевшейся угольной пыли на смуглом лице — задумчиво посмотрел на белокаменный коттедж и со вздохом проговорил:
— Ох, такую хоромину, пожалуй, и за сутки не обыскать.
— А вон, Прокопий, глянь, еще длинный ангар впридачу, — указав взглядом в сторону продолговатого с двумя дверями кирпичного гаража, добавил другой — чуть помоложе и рыжеватый.
