Уверена, что любой из вас поступил бы также, оказавшись на моём месте. К вам в друзья я не набиваюсь, да и вообще не хочу иметь ничего общего. Как только окажемся далеко от базы, уйду своей дорогой.
— Уйдёшь после того, как я тебя отпущу. — раздался голос Саймона, и все невольно дёрнулись.
Маг появился рядом с ними словно привидение. Вот его не было, и вот в следующее мгновение он уже стоит рядом и с интересом разглядывает Хелен, словно увидел её сейчас в первый раз. Но долго на Хелен не стал задерживать свой взгляд, перевёл его на Зелёного и капитан вздрогнул.
Глаза Саймона заволокло жидким серебром. От этого взгляда бывалого капитана пробрало мурашками и бросило в пот одновременно. Ничего подобного он не испытывал ни разу в жизни. Даже когда встречался с магами, занимавшими довольно высокие посты и не только среди чистильщиков. Пару раз Зелёному довелось встретиться с высшими аристократами, которые входили в свиту приближённых к князю магов. Но ни разу он не видел ничего подобного.
— Здесь я забрал всё, что мне нужно.
Теперь можно и уходить с базы. Хранилище оказалось пустышкой. Несколько ядер посредственных тварей, куча снаряжения и продовольствия. Ещё вот. — Саймон сделал движение рукой, словно что-то выкидывал, и к его ногам начали падать десятки банковских чипов. — Я так понимаю, что Васильев и Стоун хранили здесь свою казну. Идиоты. Запрятать в пространственное хранилище носители с деньгами вместо реально чего-то стоящего.
— А что, деньги разве не стоящая вещь? — спросил Лимбо, глядя на кучу чипов.
— Деньги это — пыль, которую легко получить в любом месте. То же ядро Левиафана, которое мне обещал Стоун, попробуй, достань. Сможешь найти и завалить такую тварь? А вот деньги ты сможешь пойти и заработать. Что вы так смотрите на эти чипы? Хотите забрать их себе? Берите, мне они всё равно не нужны.
***
После столь щедрого предложения с моей стороны одна Хелен осталась совершенно беспристрастной и даже не попыталась присоединиться к команде Грозного при собирании этих глупых хранилищ данных.
Деньги на них были ворованными, и это можно было отследить. Поэтому иметь с ними дело мне совершенно не хотелось.
Пожиратели никогда не воровали, никого не грабили и вообще были главными почитателями закона в Содружестве. Просто мы сами и создавали эти законы. И не могли их нарушить, даже если бы захотели. Вот такое ограничение на нас было установлено учителем.
Нарушать законы мы не могли, но имелись лазейки, которые позволяли нам их обходить.
