– Продолжайте, – распорядился Богданов.
Еремина снова заговорила:
– Я заглянула в гримваген и увидела, что в кресле сидит посторонняя…
– Видели ее со спины?
– Нет, зачем же. Когда я делала замечание, она сидела в кресле, развернувшись ко мне.
– Что именно вы ей сказали?
– Сначала спросила, что она делает в гримвагене.
– И что ответила Гурова?
– Ничего. Смотрела на меня как будто не понимает.
– А вы?"
"– Я сказала ей: уходите! Но в этот момент меня вызвали по рации на площадку, и я побежала туда.
– Стало быть, при вас Гурова не ушла?
– Даже не шелохнулась.
Чуть помолчав, Богданов снова спросил:
– Кроме Гуровой в гримвагене был кто-то еще?
– Водитель. Но он находился в кабине.
– Видели его?
– Нет. Шторки в кабине были задернуты. Значит, он спал.
– В фургоне рядом с Гуровой никого не заметили?
– Вроде нет. – Замешкавшись, Еремина покачала головой. – Она была одна.
– Когда вы зашли в гримваген, что она делала?
– Я не поняла…
– Может быть, говорила по телефону? Знаете, так бывает: человеку нужно поговорить, и он уединяется там, где его не слышат.
– Нет. По телефону она не говорила. Хотя…
– Что? – живо заинтересовалась Ульяна.
– Когда я заходила в гримваген, я слышала голоса. Но они могли доноситься с улицы.
– Теперь о том, когда вы обнаружили труп.
– Минут через двадцать, может, чуть меньше. Вошла, а эта особа как сидела, так и сидит, но только теперь спиной ко мне. Я глянула на ее отражение в зеркале и сразу все поняла.
– Что именно?
– Ну, то, что она убита.
Это же видно.
– Как поступили дальше?
– Выбежала на улицу и быстро к Подольскому. Он сообщил администратору пансионата. Дальше вы знаете.
Богданов недовольно закряхтел и достал из кожаной папки бланк. Взглянув на Еремину, предупредил:
– Прежде чем начнем писать протокол, прошу сосредоточиться и вспомнить все, что вы могли упустить.
– Игорь Константинович, – неожиданно вмешалась Ульяна. – Можем ненадолго прерваться?
– Для чего? – спросил Богданов, и было видно, что он недоволен.
– Надо кое-что прояснить. – Она поднялась и направилась к двери. – Идите за мной!
Следователь нехотя поднялся, и Еремина пошла вслед за ним.
В вестибюле за столами в области лобби расположились несколько полицейских, которые проводили опрос – процесс утомительный, практически бесконечный. В отдалении толпились несколько десятков человек, среди которых были сотрудники пансионата и члены съемочной группы – все ожидали своей очереди, чтобы дать показания.
