Даже объяснить не могу, но это что-то вроде антистресса, я могу развлекаться с твоей рукой хоть всю ночь.
Нет. Нет. Нет.
Какого черта я ляпнула это? Как вообще можно было составить подобное предложение и выдать его вслух? Я же умею читать и писать, в совершенстве знаю испанский. Как возможно, что я сказала это? И какова вероятность, что Джейк меня не услышал?
– Моя рука всегда к твоим услугам, Рамирес. Пользуйся, не стесняйся.
Нехотя поднимаю взгляд и, увидев, как Джейк, прикусив губу, изо всех сил пытается не рассмеяться, я крепко зажмуриваюсь и вжимаюсь затылком в спинку сиденья, но при этом не выпускаю его ладонь.
– Ты ведь понял, что я имею в виду?
– Пожалуй, выберу для себя смысл, который мне больше нравится.
Усмехнувшись, поднимаю веки и поворачиваю голову. Лицо Джейка в паре дюймов от моего, мои щеки горят, но при этом не хочется сбежать. Хотя, может, мне хочется остаться здесь только потому, что на улице слишком холодно?
– Как ты это делаешь?"
"– Что именно, Рамирес?
– Я выдаю нечто нелепое, а ты переворачиваешь все во флирт?
– Сложно не начать флиртовать, когда девушка говорит, что готова развлекаться с моей рукой всю ночь.
– Заткнись. – Рассмеявшись, я крепче сжимаю его ладонь.
На губах Джейка легкая улыбка, глядя в мои глаза, он переплетает наши пальцы, а дурацкие летучие мыши тут же вгрызаются в мой живот. Только это не больно, а волнительно и даже приятно.
– Я тут услышала одну историю о названии группы. Поговаривают, что Норд не только образует первые буквы имен участников.
Джейк даже не делает вид, что удивлен, на его лице не дергается ни один мускул.
– Север можно найти только в прошлом – стрелка всегда указывает на тебя, – цитирую я строчки из песни, которые нашла в его комнате. Невесело усмехнувшись, я пожимаю плечами. – Знаешь, я теперь не могу не думать о том, что если бы за все эти годы ты хоть раз подошел ко мне и сказал все, как есть, то я бы простила тебя в ту же секунду.
– Я боялся, Микаэла. Мне легче было вести себя как придурок, меня действительно пугала сама мысль о том, что я подойду к тебе и скажу: «Прости, что повел себя как трусливый идиот и оттолкнул.
Но я умираю от ревности, смотря на вашу дружбу с Оливером. Это невыносимо». Боялся, что пошлешь меня, назовешь эгоистом и собственником. И ты бы оказалась полностью права.
– О боже. – Высвободив свою ладонь из его, я закрываю лицо руками и, сделав глубокий вздох, съезжаю вниз по спинке сиденья. – Знаю, что сама завела этот разговор.
