Кожа горит, и я прижимаюсь щекой к прохладной столешнице.
– Все еще считаешь, что это ужасная идея, Рамирес?
– Да, – выдыхаю я, не в силах поднять отяжелевшие веки. – Мы опорочили кухню. Испортили святое место. Теперь я попаду в ад вместе с тобой. Отлично, только этого мне не хватало.
Рассмеявшись, Джейк крепче сжимает руку вокруг моей талии и склоняется надо мной, а я спиной чувствую, как тяжело вздымается его грудь.
– Готов поспорить, что ты не откажешься повторить.
Ни за что не признаюсь вслух в том, что он прав.
Мои бедра снова вздрагивают, и я втягиваю живот, когда он ведет ладонь вверх, и его пальцы выскальзывают из-под резинки моих спортивных штанов. Оторвав руку от моей талии, Джейк ловит мой подбородок и, приподняв мою голову, дарит нежный поцелуй."
"– Горит, – говорит он сквозь поцелуй.
– Да, именно так я себя чувствую.
Усмехнувшись, Элфорд отрывается от моих губ.
– Кажется, у тебя соус горит, Рамирес.
Соус?
Соус!
И митболы.
– Черт! – шиплю я, отталкиваясь ладонями от порочной столешницы.
Мне удается спасти ужин и отчасти вернуть контроль над своими мыслями и телом. Когда мама заходит в трейлер, то первым делом внимательно оглядывает нас с Джейком, словно пытается прикинуть, не занимались ли мы чем-то, помимо готовки.
– Джейк, как я рада, что ты зашел в гости! – говорит она, снимая куртку.
– Я тоже рад вас видеть, миссис Рамирес, но, к сожалению, мне пора.
– Уже? Может, поужинаешь с нами? – спрашивает мама.
– Рад бы, но у нас собрание группы, заехал ненадолго.
– Я провожу. – Я вытираю руки о полотенце и проскальзываю мимо мамы, которая улыбается так, будто мы выиграли в лотерею.
– Микки, надень куртку.
– Я всего на пару минут.
Возможно, мама была права и стоило надеть куртку, потому что в одной футболке прохладно, ветер забирается под одежду и неприятно скользит по коже, заставляя меня поежиться.
– Напишешь, как прошло собрание? – прошу я, остановившись рядом с машиной Элфорда.
– Конечно.
– Джейк вскидывает руку, чтобы я дала ему пять.
Закатив глаза, я отбиваю его ладонь.
– Ты когда-нибудь забудешь об этом?
– Нет. Официально нет.
Усмехнувшись, он притягивает меня к себе и, обхватив мои щеки ладонями, целует так, будто мы стоим не на улице, а находимся вдвоем в комнате. Целует так, что земля под ногами перестает быть твердой и начинает кружиться. И если нас увидит мама, то подумает, что мы не прощаемся, а пытаемся съесть друг друга.
