Я бы хотела защитить Бэйли, хотела бы сказать Нику, что Бэйли в нем нуждается, но проблема в том, что я не знаю правды. Не знаю, что на самом деле думает Бэйли Шепард. Если я сейчас дам Нику ложную надежду и ошибусь в своих мыслях, то все закончится очень плохо.
Интересно, пришла ли Бэйли в школу? Может, мать снова подвозит ее до дверей, и если это так, то Бэйли наверняка прячется там же, где обычно.
Взяв у преподавателя пропуск в туалет, я беру рюкзак и выхожу за дверь. Пройдя по коридору, сворачиваю к туалету и толкаю дверцу каждой кабинки – пусто.
Вздохнув, я прислоняюсь бедром к раковине и набираю Бэйли, но ее телефон выключен.
Дверь открывается, и в туалет заходит Констанс. Увидев меня, она замирает на мгновение, а затем, делая вид, что меня здесь нет, подходит к зеркалу и, достав блеск для губ, проводит кисточкой по губам.
От злости на нее я с такой силой сжимаю в ладони телефон, что боюсь, как бы он не треснул.
– Довольна? – спрашиваю я, глядя на ее отражение в зеркале.
Моргнув, Констанс качает головой, а затем вскидывает руку с тюбиком блеска.
– Если честно, то не очень, думала, что цвет будет темнее. Больше не буду заказывать косметику в интернет-магазине.
– Ты ведь знаешь, о чем я.
– Скажем так, может, я и нашла флешку с этим дневником, но реализация идеи с роликом принадлежала не мне. Я бы не стала выставлять себя посмешищем на всю школу, рассказывая, как мне изменил парень с, – оглядев меня с головы до ног, Констанс кривит губы, – с тобой.
– И не только он. Не помню, говорила ли я, что пару раз оставалась на ночевке у Бэйли? – как бы невзначай говорю я, рассматривая свои ногти.
– Мы с Мейсоном очень сблизились.
Наконец-то я вижу, как надменная маска спадает с лица Констанс. Глупая ложь о моей сексуальной жизни все равно потонет в множестве слухов, которыми сейчас кишит вся школа, зато это выражение растерянного гнева на лице Констанс Финниган я уже никогда не забуду, и мне впервые даже хочется нарисовать эту девушку, чтобы навсегда запечатлеть этот момент.
Уронив тюбик с блеском и кисточку в раковину, она медленно поворачивается.
– Ты, – шипит она.
Она делает шаг, но, не увидев реакции, замирает. Замирает, потому что боится вступать со мной в драку, ведь знает, что проиграет. Каблуки, страх поломать длинные ногти, плюс Констанс ведет войну только на словах, шантаже и провокациях, силу она применяет через своих слуг, но ее обслуживающего персонала сейчас нет рядом. Я выиграю в этой драке, и мы обе это понимаем.
