Старуха?
Правда, что ли?
Только вот почему парнишка на самокате сейчас чуть не въехал в столб с открытым ртом?
До летника еще метров сорок. Рома сидит за столиком, положив крепко сжатый кулак на столешницу и не спускает с меня глаз. Весь напряженный, как зверь перед прыжком.
Ива на Варе с Алиной, а у нас с ним назначен обед.
Легкий порыв ветра поднимает подол платья чуть выше середины бедра, и Рома сейчас, кажется, лопнет от возмущения.
Смотри.
Смотри, как я притягиваю взгляды других.
— Девушка… — окликает меня мужской голос у летника, в котором меня из последних сил ждет Роман, — девушка… постойте…
Я оглядываюсь.
За мной увязался парень не старше двадцати пяти лет. Высокий, темноволосый и высокими скулами.
— Девушка… Я не маньяк, честное слово, но ваш парфюм…
Чувствую дикий, разъяренный взгляд Романа.
— Вы свободны сегодня… сейчас?
— Она замужем! — летит гневный рык Романа. — Ты охуел совсем?! Замужем!
Рома прет в нашу сторону взбешенным быком. Ослабляет галстук:
— Несвободна она! А ну, отошел от моей жены!
— Не знал, — парень отступает и прикладывает руку, не спуская с меня взгляда, — парфюм ваш обманул, платье…
— Вот же сучонок!
Парень успевает нырнуть в поток прохожих прежде чем Роман успевает схватить его за рукав и дать в морду.
Резко разворачивается ко мне. Ноздри раздувает, и рычит:
— Лера… Тебя должен был привезти Вася…
— А я решила на такси, — лезу в сумочку, а после невозмутимо и медленно заталкиваю черные кружевные трусики в нагрудный карман Романа, вглядываясь в его потемневшие от ревности глаза.
— И вышла я за квартал отсюда.
— За квартал?! — клокочет Роман, а затем опускает взгляд на нагрудный карман. — Что это?
— Мои трусики, — похлопываю его по груди. — Я такая голодная… — цокаю к столику, на котором Рома забыл свой смартфон. Оборачиваюсь, — ты идешь?
А Рома в полном ахере. Я шла без трусов целый квартал?
Вскидываю бровь. Он либо меня сейчас схватит и потащит прочь от посторонних глаз, либо примет правила сегодняшней игры.
Роман стягивает пиджак.
Решил спрятать меня за ним? О, ненадолго его хватило.
Шагает мимом и накидывает пиджак на сидение стула внутренним подкладом наверх:
— Прошу, — переводит на меня голодный взгляд. — Присаживайся.
Голой попой на уличный стул?
Блин, а я об этом я не подумала, но у меня есть Рома, который не позволит мне сидеть на грязном.
Когда я сажусь, он наклоняется ко мне и делает медленный вдох у шеи. Его шепот плавит кожу:
— Новый парфюм.
